Лестница в небо. Диалоги о власти, карьере и мировой элите

Миллс искал «новых людей власти», но пользовался при этом классовой теорией, а не теорией Власти; результат оказался вполне предсказуем – классы нашлись, а Власти у них не оказалось. Вот почему мы постоянно подчеркиваем: правящий класс не то же самое, что «буржуазия» или «пролетариат». Это термины из разных теорий, и их не следует путать между собой.

Читатель. А как же Миллс со столь неверным подходом сумел совершить открытие в теории Власти?

Теоретик. А вот тут-то и начинается самое интересное! Замысел книги о высшем классе Америки созрел у Миллса еще в конце 1940-х, и первоначальным ее названием было «Сильные мира сего»[620].

С марксистской точки зрения этими «сильными» могли быть только капиталисты – последний оставшийся класс американского общества (после рабочих и «белых воротничков»). Именно с этого класса Миллс и начал свое исследование: он составил список из богатейших людей Америки в трех временных срезах (таких оказалось 90 человек в 1900, 95 в 1925 и 90 – в 1950 году) и тщательно изучил биографию каждого из них. Результаты оказались довольно любопытными[621], однако одновременно с работой Миллса над книгой в США произошли события, поставившие под сомнение простейшую модель «у кого деньги, у того и власть».

В марте 1947 года президент Трумэн объявил о новой внешнеполитической программе США, направленной на «сдерживание» СССР (фактически это было объявлением холодной войны). В 1949 году был создан военный блок НАТО, в 1950-м США вступили в Корейскую войну, а в 1951-м отправили войска в Европу (что раньше практиковалось только в период мировых войн). Наконец, на выборы 1952 года республиканским кандидатом пошел генерал Эйзенхауэр[622], сформировавший после победы следующий кабинет (он оставался тем же и к 1955 году, когда Миллс дописывал свою книгу):

«Три главных с точки зрения высокой политики поста в стране (государственный секретарь, министр финансов и министр обороны) занимают: нью-йоркский представитель[623] крупнейшей в стране юридической фирмы, которая защищает заграничные коммерческие интересы группы Моргана и группы Рокфеллера; руководитель корпораций[624] со Среднего Запада (он был директором объединения, включавшего в себя свыше 30 корпораций) и, наконец, бывший президент[625] одной из трех или четырех крупнейших корпораций в США (она же крупнейший в стране производитель военного снаряжения).

...» [Mills, 1956, р. 232].

Подобная милитаризация всей государственной политики, вместе с назначением на ключевые должности менеджеров крупных корпораций, явно отвечала интересам лишь некоторых «сверхбогачей» (таких как Рокфеллеры), а также крупных корпораций, формально не имеющих единоличных владельцев (таких как «Дженерал моторс»[626]).