Лестница в небо. Диалоги о власти, карьере и мировой элите

Именно такое неравенство и реализуется на выборных должностях – успех на прошлых выборах ничего не гарантирует на следующих, избирателей каждый раз нужно убеждать заново. Чем шире становился круг избирателей (за счет отмены разнообразных цензов) и чем разнообразнее оказывались их интересы, тем сложнее «нотаблям»[647] было конкурировать с другими, более близкими избирателям лидерам.

Даль не остается голословным в этом утверждении, а приводит численные данные, убедительно доказывающие утрату «нотаблями» позиций в городских органах власти.

Сначала он – на этот раз в полном соответствии с «решенческой» методологией – выделяет «сферы власти», в которых будет вестись учет принимаемых решений. Их три – общественное образование, назначение на муниципальные должности и собственно городское строительство, по масштабам которого Нью-Хейвен находился едва ли не впереди всей Америки.

Затем Даль составляет списки. К «социальным нотаблям» он относит членов самого престижного в городе Лаун-клуба, участвующих в его ежегодных собраниях с 1951 по 1958 год (всего 231 семья).

В число «экономических нотаблей» включаются лица с состоянием более 250 тыс. долларов (1950-х годов, по нынешним меркам, это многие миллионы), председатели правления крупных корпораций, профессиональные топ-менеджеры, президенты банков – всего 238 семей. Затем составляется список должностей, связанных с принятиями решений по вопросам образования, муниципальной кадровой политики и городского строительства. Все три списка сопоставляются, и пожалуйста:

«Из 1024 публичных должностей в трех сферах социальные нотабли занимали лишь 27, из них 24 – в сфере городской реконструкции.

При этом занятие данных позиций в большей степени было связано с экономическим положением, чем с социальной позицией [2, р. 64-65]. Экономические нотабли занимали 52 должности, из них 48 – в сфере городской реконструкции [2, р. 70]» [Ледяев, 2012, с. 250].

Не правда ли, впечатляющая точность? В отличие от Хантера, обнаружившего в Атланте какую-то «правящую элиту», Даль рисует совершенно иную картину: элита (в виде «нотаблей») существует, но получить сколько-нибудь серьезное число должностей не способна.

Мешает демократия!"

"Остановимся на этом месте и переведем дух. Четверть книги уже позади, и хотя до собственно «решенческого» исследования дело еще не дошло, читатель уже усвоил основную мысль Даля. Власть в Нью-Хейвене – это выборные должности, и кто на них в конечном счете попадет, зависит исключительно от избирателя.