Летчик. Фронтовая «Ведьма» (СИ)

За бой в окопах, в Крыму, я получил медаль «За отвагу», но наградили меня совсем не моё прямое командование, пришло от НКВД. Вот Гладышев и расстарался. Он забрал мой карманный браунинг, что я в прошлом году отжал у немецкого генерала. Сейчас мне его вручили с табличкой «За боевые заслуги и личную храбрость». А подписан командующим 8-ой армии. Теперь это наградное оружие, могу таскать с собой или спокойно хранить дома, естественно после войны.

Всю неделю активно занимались подготовкой молодого пополнения. В принципе ребята и девушки нормальные, просто практических полётов у них мало. Вот и навёрстывали. Через неделю нас погрузили в транспортный самолёт, и мы вылетели в Москву. С нами полетели группа механиков, будут на месте смотреть машины. Жаров решил подстраховаться. Остальные займутся подготовкой к передислокации. Куда перебазируют полк мы пока не знаем, сообщат позже. Гитару я поручил на сохранение Клавдии Олеговне. Летим в парадной форме, только девочкам разрешили одеть шаровары вместо юбок. Добирались почти сутки. На аэродромах подскока ждали заправки топливом, но добрались. Нас расселили в общежитии. Получаем не только мы, народу хватает. Так что Жаров бегает весь «в мыле», стараясь урвать побыстрей новые машины. Меня здесь знают, помнится я здесь устраивал полёты с фигурами пилотажа. Когда прогуливался по территории, меня приметили испытатели Кошкин и Копытин. Обрадовались, будто родственницу встретили. Восхитились моей второй звездой Героя. Я быстренько закинул «удочку» на предмет ускорить получение машин. Обещали помочь. Здесь я нашёл, в городке, качественное фотоателье. Сделал снимок своей персоны и выслал Валентине, в письме. Сеструха в каждом своём письме мне напоминает. Ну и наград у меня добавилось, надеюсь Вальке фото понравится. Тем не менее получение машин пока откладывалось, и мы с Лидой стали проситься у Жарова в увольнение. Лида, как и я москвичка, а Москва то совсем рядом. Доставали подполковника два дня. Отпустил, когда нам пообещали помочь быстрей получить технику. Дал три дня увольнительной. Мы с Лидкой сразу метнулись на вокзал, напросились в санитарный поезд, проходящий мимо. Помогли мои звёзды Героя, в общем нам не отказали. А вечером мы уже бежали к своим домам. Не знаю почему, но я испытывал какое-то тёплое и родное чувство от посещения родни Жени Красько.

Добрался до дома на Арбате, когда уже стемнело, заскочил в подъезд. А вот перед дверью остановился. Чего-то я волнуюсь не в меру. Нажал на звонок, потом ещё раз. Услышал шаги и ворчание Валентины.

— Иду, чего звонок мучаете."

"Открылась дверь и Валька увидела меня. Удивление в глазах подрастающей девочки, внешне почти девушки. А потом визг и крик на всю Вселенную.