Летчик. Фронтовая «Ведьма» (СИ)

Я подошёл и поздоровался.

— Здравствуйте, Евгения Ивановна. Я следователь, старший лейтенант госбезопасности Злобин. У меня к вам просьба. Нужно проехать с нами, окажете помощь следственным органам.

Злобин улыбался, но вот что-то мне не нравилось в его выражении лица. Какое-то внутренне чувство предсказывало, идёт опасность от этого человека.

— И чем я могу помочь? — старясь выглядеть спокойным, спросил я.

— Проведём опознание одного предателя. Вы могли видеть его в Таганроге, а возможно и в Донецке. Вы ведь лётчик, а значит у вас хорошая зрительная память. Даже если видели случайно сможете опознать.

— Хм. А если не опознаю?

— На нет и суда нет. Будем искать другие доказательства. Вот только пренебрегать возможностью поставить врага перед фактом не хочется. Вы уж посодействуйте. Я и с вашим командиром договорился.

— А зачем мне ехать с вами? Я могу прилететь на У-2. Кстати часто летаю и в Ростов, и в дивизию. Могу и в штаб армии прилететь.

— Дело в том, что место, где содержат предателя, далеко от аэродромов.

— Мне не нужен аэродром, я могу сесть на краю деревни.

— Не нужно упрямится Евгения Ивановна. Мирно и дружно всегда лучше решить вопрос. А можно и по-другому.

— По-другому, это как?

— Вы провели два дня в плену. Но мы не задаём ненужных вопросов. А кстати можем, даже ордер есть на такой случай. Зачем такие действия? Вы выручите меня сегодня. А завтра, возможно, я смогу помочь вам. Всё просто."

"Я посмотрел на машину, на которой приехал следователь. Водитель и один охранник, причём молодой совсем, возможно моложе меня. Если бы был арест, было бы минимум двое для конвоя.

И я согласно кивнул головой.

— Замечательно, мы вас и обратно на машине привезём. Подождите пару минут, я забегу к вашему командиру полка, — следователь выглядел довольным, будто лотерею выиграл.

Пока следователь ходит, решил поболтать с молодым сержантом НКВД. Парень оказался разговорчивым назвался Семёном Краповым. Когда я игриво стал вести разговор сержант раскраснелся. Он всё косился на мои ордена. Семён рассказал, что служит с осени 1942-го, но написал рапорт о переводе в ОСНАЗ. Я оглядел его, а ничего так, парень здоровый. В прошлой жизни в ВДВ таких на «ура» брали. Пожелал ему удачи. А вот водитель мне не понравился, хитрые глазки так и бегают. Проверил своё оружие. Вместо ТТ я таскал трофейный «Браунинг НР», к нему запасная обойма. Один такой я подарил Гладышеву. Патронами к этому дивайсу я разжился у нашего старшины Осипа Игнатьевича Сало. Он сначала кобенился, но потом сказал раз у командира такой, то и мне посодействует. Я решил пойти дальше и попросил достать патроны к карманному «Браунингу», его я таскал в кармане. Но это так игрушка, как говорится «последний шанс».