Гарпия с пропеллером

Большой, черноволосый, кареглазый, небритый, с горбатым носом, типичное «лицо кавказской национальности». Очевидно, следовало сказать ему: «Поезжайте без меня, я не тороплюсь».

Но я уже стояла в лифте, и кабина медленно поползла вверх.

Мы вышли вместе, на одном этаже, более того, мужчина выскочил первым и нажал на кнопку звонка квартиры, где жила Галина.

Я недоуменно приблизилась к двери. Галя распахнула дверь, но не сняла цепочки.

– Вы к кому? – начала она, потом заметила меня и обрадованно воскликнула: – Ой, Даша! Это с тобой?

– Нет, – ответила я, – впервые его вижу.

– Вы к кому, мужчина? – повторила Галя, не снимая цепочки.

– Слышь, – с сильным акцентом произнес незнакомец, – позови Махмуда.

– Тут таких нет.

– Махмуда Бероева, – повторил кавказец, – племянник он мне, работает в Москве, позови быстрей.

– Сказала же, тут таких нет.

– Махмуд Бероев, – твердил мужчина, – не понимаешь, да? Он у тебя комнату снял, вот, гляди.

С этими словами кавказец вытащил из кармана бумажку и прочитал:

– Улица Ромова. Она?

– Ну, – кивнула Галя, – правильно.

– Дом двенадцать? Квартира восемьдесят три? Точно? Где Махмуд?

Галя покачала головой:

– Господи, ну как вы мне надоели! Который человек из ваших приходит, хоть жилплощадь меняй! Тебе нужен дом двенадцать, туда и ступай!

– Ишь какая злая, – обиделся мужчина, – я цифры знаю и читать умею. На углу табличка висит «Улица Ромова, двенадцать».

Галя вышла на лестницу и ткнула пальцем в окно.

– Вон, гляди, видишь башню блочную, точь-в-точь, как наша?

– Ну?

– Туда ступай, там живет твой Махмуд в восемьдесят третьей квартире.

– Это почему? – нахмурился незнакомец.

– Потому что наш дом двенадцать «а», соседний – просто двенадцатый, – пояснила Галя, – топай туда.

– На табличке написано «двенадцать».

Галя втянула меня в квартиру и быстро захлопнула дверь.

– Вот уроды!

– Кто? – поинтересовалась я, стаскивая ботиночки.

– Да все, – отмахнулась она, – постоянно мучаюсь. Сначала какие-то идиоты решили привесить к нашему дому букву, ну посуди сама, стоит башня ближе к дороге и отчего-то двенадцать «а». А та, которая в глубине, просто двенадцать. Нас все путают. Да еще на табличке и впрямь забыли «а» приписать, вот народ к нам и ломится.

Галя замолчала, передохнула и закончила:

– Мне же больше всех повезло. В том доме, в квартире восемьдесят три, то есть с номером, как у меня, живет баба, которая сдает комнаты кавказцам. Вот они все сюда сначала и ломятся. Боюсь, еще пристрелят, совсем дикие, морды протокольные! Ну за что мне этот геморрой?

– А ты в милицию пожалуйся, – посоветовала я, входя на кухню.