Личная кошка Повелителя.

Он в шоке осматривал мой погром. На лице читались удивление и испуг от такого вида комнаты. Наверно, представил, что я могу сделать с ним, попади он мне в руки.

Я ехидно хмыкнула и растянула хищную улыбку. Селиф сглотнув ком испуга в горле, прочистил его и заговорил.

— Элини, будь благоразумней, тебе очень повезло попасть в гарем повелителя.

От этих слов внутри вновь всколыхнулась ярость. Спрыгнув с подоконника, схватила наполовину сломанный стул и швырнула им в мужчину. Селиф успел выскочить и закрыть за собой дверь. Остатки стула разлетелись от удара. Зло посмотрев на дверь, я плюнула на пол и снова забралась на подоконник.

Вид Селифа бесил не меньше, чем вся эта ситуация.

Через минут пять дверь открылась — и мне в комнату впихнули завтрак, тут же закрывая ее обратно.

— Боитесь! — злорадно прошипела я. — Правильно делаете, я вам не фифа, терпеть не буду!

Но от завтрака отказываться не стала, забрала поднос и, устроившись на окне, принялась есть, попутно разглядывая сад внизу и девушек, которые подстригали кусты. Это меня успокаивало, а еда придала сил и немного подняла настроение.

Через некоторое время дверь вновь открылась, впуская ко мне повелителя и двух амбалов.

Не говоря ни слова, эти перекаченные дарги в один прыжок оказались рядом со мной и, скрутив, подвели к эмиру. Он одним движением застегнул на моей шее ошейник, тот запищал и замолк.

— Вот и все, — сказал повелитель, — отпустите ее.

Меня тут же освободили от захвата. Я сидела на коленях перед правителем и в ужасе ощупывала руками ошейник.

— Что это? — прошептала я округлившимися испуганными глазами.

— Это для того, чтобы ты не смогла покинуть территорию дворца, — объяснил он.

 — Ты же не хочешь сидеть постоянно в комнате? Этот ошейник даст тебе возможность перемещаться, но только тут. Если уйдешь за пределы, ошейник тебя убьет.

Все это он сказал так легко и просто, будто мы о погоде говорили. Я ощутила волну злости, которая буквально затопила меня. Вскочив на ноги, кинулась на повелителя, трансформируясь, но качки-амбалы были на чеку и успели перехватить меня, вновь скручивая руки. Повелитель даже не дернулся, как будто и не испугался, в глазах горел огонь азарта, а губы улыбались иронично."

"— Какая же ты дикая, кошечка, — проговорил он мне.

 — Так и хочется тебя наказать, но пока я дам тебе время одуматься. Еще раз прыгнешь на меня — будешь наказана.

— Я не дикая, я свободная! — зашипела в ответ на его слова, пытаясь вырваться из захвата.

— Уже нет, теперь ты — моя собственность, смирись с этим, иначе будет хуже, — ледяным тоном окатил меня правитель. — Отпустите ее, — приказал он даркам. Те послушно выпустили мои бедные руки.

— Выбирай, свобода передвижения или закрытая комната? — спросил он меня, глядя холодными глазами.