Лягушка под зонтом

Пришел день, когда они встали к котлу, как шутили, пытаясь придать себе уверенность. В пластмассовое ведро, которое выдерживало нагрев, положили мыльную основу, ровно столько, сколько указано в рецепте. Стоя с термометром наготове, Ольга смотрела, как начинает таять мыльная основа. Так же медленно, как тает тундра, подумала она. Эта мысль неожиданно успокоила. О чем волноваться?

– Перемешивай, – шепнула Валентина Яковлевна. – Как бы не подгорела.

Ольга мешала деревянной лопаткой в кастрюле. Мыльная основа растаяла до конца. Зазвонил телефон, но ни та, ни другая даже не обернулись.

– Добавляем аромат? – спросила Ольга.

– Лаванду...

– Немедленно разливаем, – скомандовала Ольга.

– Слушаюсь, главный технолог, – отчеканила Валентина Яковлевна.

– Аккуратней, чтобы никаких пузырьков, – предупредила Ольга. – Форма залита до краев. – Ну вот, оставим ее в покое, мыло должно застыть.

Весь вечер они ходили вокруг своего первого опуса. Аромат мыла будоражил, а не успокаивал, как положено лаванде. Но они понимали, что причина в страстном желании поймать удачу.

– Может, пойдем спать? – спросила Валентина Яковлевна, когда было за полночь. – Наш наставник пишет, что если мыло охлаждается двенадцать часов, то его легче вынуть из формы.

На этот раз форма была обычная – плоский пластмассовый контейнер. Но обе уже видели у себя формы другие – бабочки, листочки, цветы...

Ровно через двенадцать часов они вынули первое мыло. Оно лежало на льняном полотенце на столе.

– Итак, мы его сварили. Теперь везем на сертификацию. Неси кошелек, Ольга. Сертификат соответствия и санитарно-эпидемиологическое заключение стоят денег, – сказала Валентина Яковлевна. – Наше мыло, чтобы ты знала, уже ждут. – Она подмигнула Ольге. – Любовь Борисовна звонила, горит желанием запустить новый проект.

Они довели свое дело до совершенства. Если их предок на небесах наблюдал за ними, то он должен был таять от счастья. А они были ему благодарны. Вложенные деньги окупились за полгода. Но больше всего заработали с помощью Зои Григорьевны. «Северный завоз» – эти два слова Ольга знала по прежней жизни на Крайнем Севере.

– Значит, так, – заявила Зоя Григорьевна в один из приездов. – Ваше мыло – это что-то. Сделайте мне... – Она назвала цифру, у обеих мыловарщиц глаза округлились.

– На этой кухне? – выговорила наконец Ольга.

– Снимите помещение. Но сварите к последнему рейсу... – Глаза их стали еще шире. Дата приходилась на середину лета. – Я подготовлю все бумаги.

Никогда прежде Ольга не носилась по Москве, как тогда. Бабушка сидела на телефоне. Она снова стала чиновницей. Говорила требовательно, коротко.

– Итак – объявила она в один летний вечер, – мы снимаем кухню в бывшем пищекомбинате, где готовили обеды для школ.