Личная жизнь чешуйчатых тварей

– Да, надо поспать, – подтвердил Павел и двинулся в сторону моей спальни.

– Эй! – возмутилась я. – Если ты можешь со мной общаться, это не значит, что тебе разрешено спать в моей кровати. Совесть имей!

Но меня не слышали. Василиск рухнул на постель и, когда я подошла, уже спал. Как его ни тормошила, ни будила, толку не было. Возмутительно!

Остаток вечера прошел в метаниях. Сначала я решила столкнуть наглеца с моего спального места. Не получилось, он словно тонну весит. Все монстры такие?

Потом надеялась, что Павел проснётся. Не проснулся. И я, плюнув на все приличия, улеглась рядом. Сам виноват. Это мой дом и, кроме этой кровати, тут пока спать не на чем. Не на полу же мне ложиться. Втиснувшись между стенкой и василиском, я, уставшая от событий прошедшего дня, быстро отключилась.

Последней мыслью была надежда на то, что василиски не впадают в спячку на всю зиму.

* * *Мы было жарко, и я попробовала скинуть с себя одеяло. Не получилось. Почему?

И тут вспомнила, что произошло вчера. Резко распахнув глаза, я уставилась в стену, пытаясь понять, сколько сейчас времени, но вместо этого поняла, что меня довольно фривольно прижимает к себе мужчина. Настучав по рукам, я попробовала вывернуться из стальных объятий.

– А ну, отпусти меня немедленно! – рыкнула я.

– Что такое? – пробормотал мужчина за моей спиной. – Так тепло и хорошо.

– Р-р-р… – дернулась я, стараясь вырваться. Потом еще раз и еще.

Спустя полчаса я бросила бесполезные попытки освободиться и лежала, подперев кулаком голову, ждала, когда одна наглая морда проснется. У меня создавалось впечатление, что василиск не спал месяцами, а то и годами.

Но потом затек левый бок, и я с большим трудом повернулась на правый, лицом к Павлу. И моему счастью не было предела, когда тот, спустя еще примерно час, заворочался и открыл глаза.

Некоторое время он непонимающе смотрел на меня, а потом спросил:

– Что ты тут делаешь?

– У себя дома? Лежу на своей кровати. И меня интересует: почему на ней расположился и ты? У тебя нет собственной мебели?

Мужчина ошалело осмотрелся и в полной растерянности повернулся ко мне:

– Сколько я спал?

– Думаю, часов двадцать.

– Сколько?! Как такое могло случиться?"

"– Да, как такое могло случиться у меня дома?

– Этому должно быть объяснение, – сообщили мне.

– Павел, может, ты наконец выпустишь меня из своих рук? Ты без спроса улегся в мою постель, так еще и обниматься полез. Это неприлично в конце концов!

А это странный мужчина оторвал от меня свои руки, осмотрел их и пробормотал:

– Тепло. Не может быть.

И вернул их обратно, словно прислушиваясь к своим ощущениям. Разозлившись окончательно, я залепила наглецу пощёчину и, схватив свою подушку, атакой согнала-таки василиска прочь с кровати, а потом и из дома.