Лихие. Смотрящий (СИ)

А поскольку это была уже четвертая подозрительная точка, то он уже слегка потерял надежду. Предыдущие три оказались порожняком. А вот тут… Тут владелец ларька начал было упираться, после чего в дело пошло орудие пролетариата. Простое, эффективное и абсолютно безотказное.

— Молчал чего, спрашиваю? — еще раз спросил Штырь.

— Б-боялся! — честно признался коммерсант, который баюкал палец, напоминающий грушу, поставленную вверх ногами.

— Ну, блядь… ты и дурак! — прокомментировал это признание Штырь, который был поражен беспредельным уровнем наблюдаемой тупизны. И бизнесмен был вынужден с ним согласиться. Да, неумен! Факт! Ведь он все равно расскажет про тот день по минутам и в лицах, а палец уже в крошево! Тьфу!

Барыга негромко подвывал, потому как подвывать громко опасался. Он смотрел в добрые глаза парня по имени Пахом, а перед его собственными глазами мелькали кадры прожитой жизни, и виднелся свет в конце тоннеля… Любитель дешевого спирта спинным мозгом почувствовал, что как бы он ни боялся тех парней, Штыря стоит бояться куда больше. Потому как гость, почуяв легкую заминку в разговоре, просто кивнул двум качкам, стоявшим за его спиной, и те прижали ладонь коммерсанта к столу. Вот именно после этого и пошел в дело молоток как последний довод следствия.

— Колись давай! — рыкнул Штырь. — Кто тебе спирт подогнал? Откуда их знаешь? Под кем ходят? Где их найти?

— Я не знаю, где их найти, — прорыдал барыга. — Но знаю того, кто знает! Это он мне их подвел! С-сука!

Так через полчаса и еще один расплющенный палец мы и узнали, что за отморозки попытались обойтись с нами так некрасиво. И это знание счастья не принесло. Фуру «подрезали» торпеды смотрящего за Долгопой — Платона Циркуля. Сами по себе или по приказу, было неясно."

"— Циркуль держит оба Шереметьева, — сокрушался Штырь. — У него «под ружьем» под сто человек — семь бригад!

— А десять штук баксов — это десять штук, — возражал я. — Известно, где торпеды?

— В долгопенском кабаке. Отмечают, бляди.

— Исполните их, а оставшиеся бабки заберите с трупов. Только не наследите.

— Хлыст, это война! — исподлобья посмотрел на меня Штырь.

— Нет, — помотал я головой, — пока это только предъява. Забьем стрелу Циркулю…За беспредел своих людей ответит. Кстати, а почему его так зовут?

— Да ноги длинные, сам худой… Ну вот и пошло. Ладно, будем работать.

Утрясти проблему поехал Дмитрий Николаевич Пак, которому дико хотелось выгулять свое «весло», но все как-то повода не находилось… И в этот момент нам было абсолютно похуй, под кем именно ходят найденные беспредельщики. Надо было посчитаться.

* * *— Слышь, Колян, — сказал Китаец, разглядывая кафешку на окраине, где трое парней пили как не в себя и хохотали, словно полоумные.