Лилия для Шмеля (СИ)

Замечательно поднимает настроение, избавляет от хандры!

«Артефакт?! Неужели в этом мире есть магия?!» — я ощутила восторг. Может, повезет, и во мне проснется какая-нибудь сила? Это будет здорово!

— Вижу, вы под впечатлением. Но леди не стоит так бурно выражать восторг.

— Да, графиня, — покладисто ответила я и приняла чинную позу.

Глава 6

Карета проехала по мощеной аллее и остановилась перед парадным подъездом, где стоял серьезный дворецкий в черном костюме. Его гордая осанка придавала моменту необычайную торжественность, из-за которой я чувствовала себя как покоцанный пластилин рядом с идеальными пластинами.

— Гевиб, это барронесса Мальбуер — моя компаньонка, — мимоходом представила меня графиня и скрылась в особняке.

Солидный седовласый мужчина, оглядел меня и процедил тоном, в котором скрежетал вековой лед:

— Добро пожаловать, баронесса. Ваши вещи?

— Потерялись в пути, — сдерзила я, пользуясь тем, что графиня уже ушла. Видит же, что у меня и быть ничего не может, так зачем насмехаться?

— А было чего терять? — поддел он с абсолютно невозмутимым лицом.

— Самое ценное осталось со мной! — ругаться не хотелось, но чувствую, тут меня не ждали, и моему появлению не рады, поэтому надо сразу показать, что я не робкого десятка и в обиду себя не дам.

— Это что же, позвольте полюбопытствовать? Язык?

— Судите по себе? — высоко подняла голову и последовала за молоденькой служанкой, ожидавшей меня. Да, я бедная нахалка, влезшая в приличный дом, но посмотрела бы на вас, окажись вы на моем месте.

От восхитительного интерьера особняка замирало дыхание. Вместо обычного потолка — стеклянный купол. Настоящая мраморная лестница с резными, затейливыми балясинами, на нем идеально чистый ковер без единой соринки.

Стоило подняться — оказалась перед ярким витражом. Я не удержалась и остановилась, чтобы полюбоваться цветочным орнаментом, но служанка так красноречиво посмотрела, что пришлось поторопиться.

На настенных панелях, несомненно, из благородного дерева, мерцали приглушенным, теплым светом изящные лампы. Да тут куда ни плюнь — везде благородство и роскошь. Даже слуги выглядят породисто. И тут я в чпокающих, мокрых ботинках. Конечно, я пыталась идти на носочках, но, засмотревшись, оступилась, и мерзкий звук: «Чмок!» — оглушительно разнесся по всему особняку. Как же стыдно!"

"— Я Мигрит, — представилась служанка, открывая дверь комнаты. — Располагайтесь, баронесса, я принесу горячего чаю.

Комнатка по меркам особняка небольшая, но уютная. В дальнем углу аккуратно заправленная кровать, перед окном письменный столик, стул, напротив комод, на нем ваза с цветами, а над ними зеркало в резной раме. На полу пушистый, светлый ковер.