Лиса для Алисы. Красная нить судьбы

А сумка с вещами, которые купил мне Лис, так и осталась лежать у него в машине. Не могла же я отправиться в ресторан в том же платье, что была вчера на фуршете. Не могла пойти на свидание в рваных джинсах и растянутом свитере!..

Добрых полчаса я исследовала скудное содержимое шкафа, пока не пришла к выводу, что единственная приличная вещь — платье, доставшееся от матери. Впрочем, оно тоже не совсем соответствовало будущему мероприятию, поскольку было летним и несколько старомодным — строгое, темно-синего цвета, без рукавов и с вырезом под горло. На груди платье украшал ряд крохотных золотистых пуговиц, талию подчеркивал тонкий пояс, тоже золотистый. Юбка пышная, длиной чуть ниже колен.

Покрутившись в нем перед зеркалом, я утешила себя тем, что одеваюсь вовсе не старомодно, а в актуальном ретростиле. Замерзнуть тоже не должна. Во-первых, мы гулять по улице не собирались, а во-вторых, погода стояла необычайно теплая для конца октября.

На ноги я надела замшевые ботинки на невысоком устойчивом каблуке. Волосы собрала в высокий хвост и перевязала синей лентой.

Подобрать верхнюю одежду оказалось сложнее всего. В конце концов, я остановила выбор на длинной вязаной кофте с большими накладными карманами и поясом — ретростиль так ретростиль. В карманы положила телефон, ключи от квартиры и немного наличных — подходящей дамской сумочки у меня тоже не нашлось.

Стоило закончить прихорашиваться к грядущему свиданию, как второй раз за день позвонил отец. Он волновался, что в годовщину смерти матери я осталась одна, в очередной раз пообещал, что скоро его выпишут и он приедет домой.

— Я вот еще чего звоню, — под конец беседы сказал отец, — так и не смог связаться с Адой. Не знаешь, может, твоя тетка уехала куда?

— Не знаю… Мы только вчера вечером виделись.

— Странно… Ладно, Лисенок, не грусти, папа скоро вернется. Больше я так надолго не уеду. Вероятно, больше вообще не уеду. Еще надоесть успею.

— Скоро приедешь?

— Через пару дней. Теперь уже точно.

— И правда скоро…

Отца я не видела почти два месяца. Кто бы знал, как по нему соскучилась.

— Эх, что-то не слышу я радости в твоем голосе, — рассмеялся Степан Скворцов. — Или не рада, что я возвращаюсь? Небось и не скучала по старику, ухажера в мое отсутствие завела?

Перед глазами вновь вспыхнула картина: крепкие и сильные объятия, нежные и требовательные губы…

Во рту разом пересохло, и я возмущенно крикнула:

— Папа!..

— Ладно, ладно, — снова рассмеялся отец. — Но смотри, приеду — проверю!..

Я тоже попыталась позвонить Аделаиде — тетка ни на один из телефонов не ответила.