Лисья невеста

Желательно подальше друг от друга.

Но незнакомец намеку не внял. Стоял и смотрел, как я промываю раз за разом мелкие зерна, пыхтя закидываю ведро в колодец, выкручиваю ворот, чтобы вытащить тяжеленную бадью — между прочим, глубоко вода, пока вытащишь, семь потов сойдет!

Наконец чистоту риса я признала удовлетворительной и, подхватив потяжелевший горшок, потащила в сторону кухни.

Остановилась. Обернулась.

— Ну так зайдете? — нетерпеливо переспросила чужака, мельком глянув на оставшееся на краю колодца почти полное ведро. Опять ведь разольет, а мне набирать! Там еще полмешка не помыто.

— Думаешь, меня там ждут? — голос мужчины был полон здорового скептицизма.

Я и сама сомневалась в гостеприимстве госпожи Гао, но не погонит же она гостя тряпками? Все-таки родственник ученика.

Что-что, а церемонии здесь уважали. И неотъемлемой частью их была взаимная вежливость. Пусть даже стоит тебе отвернуться — скорпиона за шиворот сунут, но в лицо будут мило улыбаться и сыпать комплиментами.

— Не ждут, но и не обидят, — пожала я плечами. — Вы ведь не просто так пришли, ребенка с даром привели. Путь немалый проделали, опять же. Недостойно вас выгонять без угощения.

Мужчина задумчиво потер подбородок. Солнце блеснуло в темных прядях, окрашивая их медью.

— Недостойно не покормить, говоришь? В чем-то ты права, — кивнул он собственным мыслям и двинулся ко входу в здание.

Очень бодро двинулся. Аж меня обогнал.

Пока я добрела до кухни с горшком в обнимку, мужчина успел переступить порог и скрыться из виду.

Гомон голосов служанок резко стих.

Я ждала взрыва негодования — как же, посторонний в святая святых, но вместо этого воздух сгустился от напряженного молчания.

Подозревая неладное, осторожно, бочком подобралась ближе и заглянула одним глазом в окно.

Служанки единодушно побросали все, чем занимались, и присели в странных полуприседах, сложив руки на левом бедре, будто у них разом живот прихватило. Еще и головы склонили так, что только прически видно.

— Что на обед? — поинтересовался мужчина негромко,

У меня неприятно засосало под ложечкой. Не чужак притащился в район служебных помещений, ой не чужак! А я, дура, язык распустила. Вот сейчас как потребует наказания для наглой новенькой, как всыплют мне палками… Перед глазами пронеслись все наказания, которым в свое время подвергалась Ронни и другие дети, ее знакомые. Колени неприятно заныли вместе с поясницей и тем, что между ними, предчувствуя неприятности.

— Рыбный суп, весенний салат*, жареный бамбук, молодой лук на пару и рис, господин, — услужливо перечислила госпожа Гао.

Мои подозрения лишь укрепились. Не стала бы суровая кухарка перед чужаком расшаркиваться и так лебезить.

— Приготовьте еще холодный чай и бао**.