Любимая девочка Севера

 — Ладно, есть можно, — сдается он и доедает раньше меня. — Куда теперь?

— А вот теперь нам понадобится такси. Я вызову со своего.

Телефон приходится включить. На него тут же сыплются сообщения о пропущенных звонках, в мессенджер от отца Артема и моей мамы. Нам конец, когда вернемся.

Ничего не читаю, в пару движений смахнув все с экрана. Открываю приложение, вызываю такси. Свободные машины всегда есть на набережной, поэтому ожидание длится буквально пару минут. Сажусь сама. Водитель двигает переднее пассажирское, чтобы Артем мог нормально разместиться со мной сзади.

— Так куда мы едем? — он берет меня за руку.

— На кладбище. С папой тебя познакомлю.

Доезжаем до места. У меня снова звонит телефон. Сбрасываю и тут же пишу маме:

«С нами все хорошо. Я немного позже тебя наберу».

Отключаю.

Мы покупаем очень красивые цветы. Я хотела простые по привычке, но здесь Артем быстро меня отговорил. Пусть так. Для папы можно.

Уверенно веду Севера через ворота, иногда нетерпеливо убегая вперед. Останавливаюсь, жду, когда догонит. Сворачиваем с каменной широкой дорожки. Здесь ему иди сложнее, и мы еще замедляемся. Он злится на себя, но упрямо преодолевает все сложные участки разбитой тропинки.

— Здесь места дешевле, — грустно объясняю ему. — Мама не захотела тратиться на похороны. Сказала, что ему уже все равно, а у нас и так денег нет.

— Я не буду это комментировать, — устало выдыхает он. — Отца бы убил за такое в отношении своей матери.

— Пришли.

Останавливаемся у ничем не примечательной среди десятков таких же оградки. На деревянном кресте табличка: «Ален Шерро», две даты и фотография. Я молча смотрю на красивого, улыбающегося мужчину в форменной футболке клуба, за который он играл последние несколько лет.

— Привет, пап, я скучала, — дрожит мой голос. — Мы вот, цветы тебе принесли. Это Артем купил. Познакомься с ним, пап, — первые слезы срываются с ресниц, — мой сводный брат и… — оглядываюсь на молчащего Севера, — кажется, парень. Представляешь? Он тебе понравится, хотя, честно говоря, та еще вредная задница. — Нервно смеюсь. — Это он привез меня сюда.

Тема подходит ближе, берет меня за руку и внимательно смотрит на фотографию отца. Я не знаю, о чем он думает, мне чудится, что они разговаривают.

Так хотелось бы папиного одобрения на все, что со мной происходит. И его поддержки. Чтобы обнял, прижал к себе и сказал, что все правильно. Мне можно влюбиться и можно наделать ошибок. Я знаю, он был бы на моей стороне.

Уткнувшись в плечо Артему, я тихо реву, а он гладит меня по спине и целует в макушку.

— Спасибо, — шепчу ему, совсем потеряв голос, — мне было очень важно еще раз сюда приехать.

Успокоившись, прибираюсь, раскладываю свежие цветы. Тема очень хочет помочь, но из-за ноги не может этого сделать.