Любимая дочь Короля Демонов

Калахарр опустил ногу на её дрожащее тело и вновь заговорил со мной:

— Хельга. Это она мучила и избивала тебя?

Я знала, что в тот миг решается чья-то судьба. И медленно кивнула, не собираясь скрывать очевидное.

Лицо отца казалось каменным. Ни единой эмоции больше не отразилось на нём. Мужчина медленно снял кровавый плащ и накинул на меня, после чего коротко произнёс:

— Закрой глаза и уши.

Я послушалась его слов. Закуталась в плащ, мелко дрожа и заткнула уши, не зная, что происходит там, за пределами моего сознания…

На секунду я почувствовала странную вибрацию силы и, кажется, слабый крик… А потом Калахарр Вено поднял меня на руки.

Я открыла глаза, разглядывая жестокое лицо отца. Он нёс меня по опустевшему поместью Атертоун. Я чувствовала сильный запах крови, исходивший от его кожи.

Скорее всего… Это кровь Минервы.

Я старалась не думать о её судьбе, но аромат смерти витал в воздухе, щекотал обоняние и прилично пугал.

— Это бередит мою память… — произнёс Калахарр, едва размыкая губы."

"В тот момент он обращался не ко мне, а к кому-то в прошлом. Мужчина переступал через обломки на своём пути и, наконец, вынес меня на улицу. Там, где раньше был вход в поместье, зияла проломанная дыра.

Вейланд и остальные рыцари стояли шеренгой на улице в траурном молчании.

Я испуганно сжалась, невольно обняв за шею Короля Демонов. Он остановился и посмотрел на меня так пронзительно, что сердце вновь отчаянно трепыхнулось в груди.

— Тебе было больно? — спросил Его Величество непроницаемым голосом.

— Да, отец, — кивнула я.

— С этих пор ты не имеешь права молчать о подобном, — рыкнул Калахарр, — никто не посмеет причинить боль моей драгоценной дочери. Пусть то, что стало с поместьем Атертоун, будет назиданием для остальных.

Последняя фраза была сказана громче и явно предназначалась молчаливым Демонам короля.

— Никто не посмеет причинить боль тебе, или твоим близким, Хельга, — негромко добавил мужчина, — я научу тебя быть сильной.

Я сжала пальчиками край красного плаща и уткнулась папе в шею, содрогаясь от рыданий. Его слова… Проникли глубоко в моё сердце, рождая слабую веру в лучшее.

Минерва Атертоун сказала: «Король Демонов должен ненавидеть тебя, отпрыска падшей женщины, он растит тебя лишь для того, чтобы позже убить!».

Но в тот день я точно осознала: отец не ненавидит меня. И смерти моей тоже не желает. То, как сильно и бережно он обнимал меня в тот момент… И как глухо билось его сердце.

Я не знаю, кем на самом деле являлась мать, но хотя бы один любящий родитель у меня, на самом деле, был.

Моё собственное сердце потихоньку оттаивало, смачиваясь слезами, которые я так долго копила в себе.

Калахарр Вено не отпускал меня до момента, пока мы не приехали обратно в замок.