Любимая учительница (СИ)

Как это случилось?

— Сама не знаю… — Вздохнула я.

— Нет, я понимаю все, конечно, самцы они зачетные, даже жаль, что не в нашей лиге…

— Эй, ты им этого не скажи! — испугалась я, еще не зная взглядов парней на нетрадиционную ориентацию.

— Не любят геев?

— Не знаю…

— Весело… То есть, спать с ними — ты запросто, а вот хоть немного узнать…

— Ой, вот кто бы говорил, а? — буркнула я, ехидно усмехаясь.

Юрик замолчал. Да уж, тут крыть особо нечем.

— И что делать будешь?

— Не знаю я, Юр. Надеюсь, все как-то решится.

— А как ты хочешь, чтоб решилось?

— Не знаю!!!

— Они в курсе твоих проблем со здоровьем?

— Нет! И не надо им!

— Но, если все так серьезно, как ты говоришь, то…

— Юра! Об этом — не будем!

— Тань…

Тут разговор наш прервало смс.

""Ты где?""

""С Юрой на обеде""

"" Где?""

"" В пиццериии Лавстори""

Больше входящих не поступало. И я знала, что это значит. И, в принципе, нормально. Зачем растягивать знакомство?

Парни ввалились в помещение пиццерии примерно через пять минут. Злые. Настороженные. Ощупывающие недовольно взглядами меня и Юрика, сидящего на пионерском расстоянии напротив.

Я успела его предупредить о том, чего ждать, поэтому он был по-джентльменски спокоен и дружелюбен. Ответил парням не менее настойчивым изучающим взглядом. Я в очередной раз поразилась его смелости. Ведь не мог не предполагать, что выхватит, уже видел утром, насколько они несдержанны, однако сидит себе, улыбается.

И эта Юркина храбрость парадоксальным образом сбросила напряжение. Парни сели с двух сторон от меня. Моментально заключая в ловушку из своих горячих тел и умопомрачительных запахов. Я с изумлением отметила, что взволновалась, и низ живота тупануло болью.

— Это Глеб и Давид.

— Да я в курсе, можешь не соблюдать правила, Танюш. — Хмыкнул Юрка, разглядывая моих любовников пристально и серьезно. — Что будете делать, парни?

— А это тебя ебет? — Грубо бросил Давид, видно, недовольный тем, что я уехала с Юрой вдвоем, не предупредив их. А еще утром обнималась. И за это не получила пока что никакого наказания.

— Не груби мне, друг. Я же вежливо разговариваю, — миролюбиво, но твердо ответил Юрка, — Таня — сестра мне, я ее люблю и не собираюсь смотреть, как она мучается.

— А с чего ты взял, что она мучается, — хмыкнул Глеб, поднимая руку и призывая официантку, — ей по кайфу с нами.

— Это пока. Пока все свежо, пока эмоции. А потом? Что потом будет?

— А потом мы уже сами решим. И с чего ты взял, что это только эмоции? У тебя, значит, любовь, а у нас так, на пару раз поебаться?

Ну мастер вести переговоры Глеб. Меня аж перекосило. Особенно от того, что они опять все решают и разговаривают, не привлекая меня. Словно о ком-то другом говорят.