Любимая учительница (СИ)

Хуже его взгляда был только обволакивающий, гипнотизирующий, черный до ужаса взгляд его друга, Давида.

В отличие от Глеба, тот не прятался за мнимыми посторонними раздражителями, приходил на занятие, садился на заднюю парту и смотрел в упор. И всю лекцию его черный дикий взгляд мучил меня, заставлял покрываться испариной и нервной дрожью.

Здесь можно было бы предположить, что это я такая ненормальная, так реагирую, а парни, вполне вероятно, просто смотрят и ни о чем таком не думают…

Но, черт возьми, в группе было еще два полтора десятка парней, и их взгляды, порой жадные, пошлые, развязные, меня никак не задевали вообще. Как я уже сказала, я научилась воспринимать их как необходимое зло, определенный этап взросления молодого человека.

Ну что поделать, если я по возрасту и по внешности больше похожа на их однокурсницу, чем на преподавателя? Только если однокурсница села за парту, и не видно ее, то я — вот, прямо перед ними, все девяносто минут маячу, несу какой-то, с их точки зрения, заунывный бред. Вот и разглядывают, пуговицы на блузке пересчитывают в сотый раз. Это нормально. Это естественно.

А взгляды Шатрова и Дзагоева — это уже за гранью. Это уже… Я не знаю, как секс виртуальный.

Или, может, я озабоченная. Парня давно не было.

Мои первые и последние отношения закончились еще на четвертом курсе института, да и сложно назвать отношениями полгода невнятных встречаний, неинтересных разговоров и унылой возни под одеялом. Юрка все время подшучивал надо мной:

— Ты такая правильная, Танюш. Все у тебя, как надо, все по плану. И парень тоже по плану.

Я пожимала плечами, что в этом плохого?

Но через полгода Антон внезапно устроил мне истерику на пустом месте, смешав в кучу все на свете: мою холодность, дружбу с Юркой, про ориентацию которого он был не в курсе, и, оказывается, ревновал. А я и не заметила. Проанализировав его претензии, я поняла, что вообще мало что замечала вокруг.

И что Антон, в самом деле, просто парень по плану. Ну вот надо, время пришло. Я не особо видная, он спокойный и дружелюбный. Обратил на меня внимание, пригласил на свидание. Почему бы и нет?

И так стало противно от этого осознания.

А я еще как раз ""Белые ночи"" Достоевского перечитывала, ну и наложилось одно на другое.

С Антоном я порвала, погрузилась еще больше в учебу и работу, даже Юрика нафиг послала.

Он, кстати, возбудился невозможно как. Прыгал вокруг меня пару месяцев, пока я не пришла в себя и не решила, что хватит плыть по накатанной и реагировать на обстоятельства, вместо того, чтоб их менять.

Ну вот и поменяла. Молодец. Отлично получилось.

Поняв, что поработать мне сегодня уже не светит, я засобиралась домой. Возле раздевалок спортзала на первом этаже споткнулась и выронила сумку, ручки и карандаши раскатились по всему полу.