Любимая учительница (СИ)

Что могло стать для парней, таких разных, триггером?

Да все, что угодно!

Возраст такой, двадцать три, двадцать четыре — уже не спермотоксикоз, как в юности, но самый активный, самый зажигательный.

Я, может, просто посмотрела на секунду дольше, чем положено, и сама не заметила, а они уже… Зажглись…"

"Или просто наложились обстоятельства.

Пожалуй, теперь это неважно. С чего началось? Да какая разница? Главное, как это все исправлять!

Мальчики не ходят на занятия, по моей вине.

Конечно, их не исключат, кто ж захочет терять ходячую рекламу?

Но все равно приятного мало.

Так что, несмотря на то, что, по крайней мере, со старшим курсом отношения в целом меня радовали, в отличие от первокурсников-бездельников, червячок совести грыз постоянно.

Это днем. А по ночам мне повадились сниться всякие неприличные сны.

Наверно, это организм так среагировал на эмоциональную встряску.

Во сне меня преследовал рычащий шепот, рассказывающий, какая я сладкая, как мне будет хорошо, надо только позволить, только разрешить. Голоса двоились, и низкое рычание перемежалось с тихим сексуальным хрипом, соблазняя, не разрешая даже подумать о том, чтоб оказать сопротивление. От этого все тело пылало, буквально горела кожа, так сильно, что страшно было прикоснуться, и понималось подспудно, что пожар этот можно погасить. Достаточно позволить обладателям голосов… Позволить то, на чем они настаивают. Я металась, словно в горячке, к утру простыни были абсолютно мокрые от пота, и приходилось долго принимать контрастный душ, успокаиваясь и настраиваясь на рабочий день.

Что это такое было, я не могла понять и не хотела об этом думать, старательно забивая тревожные мысли постоянными размышлениями о рабочих моментах, планированием, какими-то посторонними вещами. Потому что, стоило остановиться и отпустить контроль, наваливались воспоминания, одно жарче другого, на них накладывались горячие ощущения от ночного кошмара, и на выходе получалась гремучая смесь из эмоций и реакции тела. Такая бомба, вероломно заложенная в меня, которая грозила взорваться в самый неподходящий момент.

Например, как раз, когда я увижу тех, кто мучил меня ночами. И что из этого получится… Лучше не думать, нет, не думать!

И, самое страшное, что никому, абсолютно никому я не могла рассказать о происходящих со мной вещах!

В первую очередь потому, что сама еще не понимала до конца, что случилось. Ну и затем, даже если допустить… Даже если подумать… То ведь это же стыдно! Ведь это же ужас! Это как раз те вещи, которыми мало того, что никогда не интересовалась, так еще и осуждала! И никогда, даже в страшном самом сне не могла представить, что сама попаду в это. Как муха в паутину! Липкую, сладкую, будоражащую.