Любимая учительница (СИ)

Отлично просто. Не зря я не люблю ходить в клубы с кем попало.

Хотя и сама хороша. А вдруг, с ней что-то случилось? А я за этот вечер и ночь ее не вспомнила ни разу!

Но, с другой стороны, в отличие от меня, она знала, куда шла. И знала, что это за формат вечеринок. И не предупредила меня. Хотя о таких вещах положено информировать. Я вот вообще не была готова. И не пошла бы никогда. Оказывается, я еще очень легко отделалась. Это мне парни уже ночью объяснили, когда мы пиццу ели, сидя в кровати, после очердного, блин, заезда. Или забега?

Наверно, первое, учитывая, как на мне ездили. И как я…

Так! Не вспоминать! Домой!

Тут меня осенило включить геолокацию.

И вызвать приложение такси. Оказывается, я в Выхино.

Вообще отлично, что тут скажешь? И вот какой дурак, спрашивается, повезет меня утром в субботу до Алтуфьево?

Но запрос показал, что дураки есть, и один даже уже едет мне на помощь и обещает быть в течение пяти минут!

Слава новым технологиям!

Главное, чтоб водила от поездки не отказался, испугавшись моего внешнего вида.

И чтоб, пока я жду, не проснулись мои наездники и не поймали лошадку обратно в стойло.

Потому что, как в глаза им теперь смотреть, непонятно.

И как работать — тоже.

Только увольняться. И все.

Такси порадовало чистым салоном и вменяемым водителем.

Кроме ""здрасте"", он ничего не сказал, и слава Богу.

Я посмотрела, сколько по времени должна занять поездка, и выдохнула. Скоро буду дома. Скоро.

Я вытянула, насколько это позволяло заднее сиденье, ноги, и закрыла глаза, стараясь отрешиться от навязчивых мыслей. И воспоминаний. Не терзать себя. Не мучить. Еще с детдома я поняла одно непреложное правило: случившегося не изменить. Нечего терзаться. Надо делать выводы и искать варианты решения ситуации.

Но я настолько устала и вымоталась, что не собиралась делать это прямо сейчас. Поэтому просто закрыла глаза и задремала.

— Ты когда-нибудь делала это в лифте?

Голос Давида походил на рычание, низкий, глубокий. Довольный зверь, утоливший первый голод, но предвкушающий самое вкусное впереди.

Он сразу, как вытащил из машины, посадил меня себе на пояс, заставил обвить ногами талию и в таком виде и внес в лифт.

Я держалась за широченные плечи, которые даже толком обхватить не могла, и терлась о его мощную волосатую грудь, как кошка, выпрашивающая ласку.

И, так же, как кошка, бесстыдно оттопыривала зад, подставляясь под ласковые поглаживания Глеба, мягко покусывающего мое плечо сзади.

— Думаю, что нет, правда, Татьян Викторовна?

Ох, какой у него голос, у этого змея-искусителя! Шепот, завораживающий, хрипом на ушко заставляющий дрожать и выгибаться еще сильнее, закусывая губу, чтоб не начать ко всему прочему еще и постанывать пошло и бесстыдно.