Японская война 1904. Книга пятая

— Правильно говорить бронебойных, — Витте нахмурился. — И вы думаете, что снаряды к вам придут даже из Франции?

— Если Россия станет так сильна, как вы хотите, то кто откажется от возможности немного заработать и одновременно выровнять баланс в мире!

— И если Японии останется половина Кореи, то…

— То у нас вместе с ней останется возможность расплатиться с долгами, и я смогу убедить императора поддержать статус-кво…

Разговор действительно получился очень откровенным. Они обсуждали детали еще два часа, и только потом Витте вышел на улицу.

— В «Метрополь»? — на всякий случай уточнил Николай, уже готовясь поворачивать налево.

— Домой. На телеграф, — Витте покачал головой и ухватился за кресло, когда от резкого рывка руля вправо его вжало в липкую кожаную обивку.

Несколько секунд они ехали молча, но потом адъютант все-таки не выдержал.

— Война? — задал он самый главный вопрос.

— Кажется, да, — Витте недовольно наморщил лоб. — Князь рассчитывает, что сможет продать мои уступки своему императору, вот только даже он уже вряд ли что-то способен изменить.

— Что изменить?

Витте помолчал, а потом, решив, что все равно именно Николаю готовить телеграммы в Маньчжурию и Санкт-Петербург, начал посвящать его в намеки японского князя. Акцент на сухопутную армию, а потом якобы оговорка.

— Он сказал про тысячи бронированных машин, которые поставят японцам сразу несколько великих держав. И я понимаю, почему они боятся нашего усиления, почему, несмотря на все ограничения, что мы готовы были взять на себя ради мира, хотят решить вопрос более кардинально… Но столько сил, столько денег. Если это правда, то сможем ли мы справиться? Не получим ли еще одну Крымскую войну, когда России постараются напомнить ее место?

— Макаров справится, — неожиданно спокойно, в отличие от своего начальника, ответил Николай Огинский. — Я говорил с братом, так они с того самого утра у Дальнего, когда было заключено перемирие, готовятся к продолжению войны.

— Мы и в Крымскую готовились, — Витте покачал головой. — Вот только даже легкие победы над Турцией совсем не помогли против Англии и Франции. Нет, тут нельзя переть на рожон. Только осторожность, только здравый смысл…

Николай несогласно покачал головой, но он знал Сергея Юльевича, знал, что, когда тот упрется, его уже не переубедить. Поэтому он и молчал. Не было смысла спорить, а вот письмо Алексею… Да, написать письмо брату, по которому он успел соскучиться за эти две недели, было бы совсем не лишним.

* * *"

"Стою, слушаю, думаю, не дать ли кому в морду… Сегодня Линевич собрал на совещание командиров всех отрядов и объявил о крупных перестановках. Мы со 2-м Сибирским отходим в резерв, перекрывая треугольник Ляоян — Дашичао — Инкоу.