Японская война 1904. Книга пятая
Обычно книги о Русско-японской войне – это сражения на море. Крейсер «Варяг», Порт-Артур, Цусима… Но ведь в то время была еще и большая кампания на суше, где были свои герои, где на Мукденской дороге встретились и познакомились будущие лидеры Белого движения, где многие впервые увидели знамения грядущей мировой войны и революции.Что, если медик из сегодня перенесется в самое начало 20 века в тело русского офицера? Совсем не героя, а сволочи и формалиста, каких тоже было немало. Исправить репутацию, подтянуть медицину, выиграть пару сражений, а там – как пойдет.Продолжение приключений попаданца на Русско-японской войне. Японцы зажаты в угол, но дадут ли их добить? Или повторится история 1878 года и Белого генерала?Первая часть
На каждом столько золотой вышивки, что хватило бы на броневик, на этом фоне потрепанные роты защитников Порт-Артура, которые встречали нас радостными криками, смотрелись бедными родственниками. К счастью, сами солдаты и матросы совершенно не обращали на это внимание и просто радовались тому, что их спасли, что осада снята…
— Корабли починят! Наконец-то сможем в море выйти! — кричал незнакомый мичман.
А у меня на губах играла невольная улыбка. Вот так вот и закаляется настоящая сталь…
— Что вы сказали? — спросил у меня Кондратенко, который отбился от общей толпы и присоединился ко мне.
— Да вот, пришла в голову идея для рассказа про защитников Порт-Артура, хочу попросить Джека написать. Не откажетесь поделиться с ним парой историй?
— С огромным удовольствием, — быстро закивал Кондратенко. — А может…
— Если вы сможете пригласить на этот разговор и несколько местных героев из нижних чинов, это будет еще лучше.
Встречающие нас солдаты услышали этот разговор, и слухи тут же полетели во все стороны. А тем временем навстречу великому князю так же пафосно и дорого выехал комендант Порт-Артура, Стессель. В этом времени он не сделал ничего особенного для защиты города, но и ошибок, как в моем, тоже не натворил… Тем не менее, слушать, как хвалят того, кто должен был сдать город, мне не хотелось, и я попросил Кондратенко вместо этого показать мне местные укрепления.
Роман Исидорович с радостью согласился. Мы взяли лошадей и проехали мимо всех фортов, с первого по седьмой. Было видно, как разрослась сеть укреплений вокруг каждого из них, и как в то же время японские гаубицы разнесли до основания даже бетонные стены и перекрытия. Какие-то форты пострадали больше, какие-то меньше, но следы сражений были везде. Причем не только на суше. Побитые остатки 1-й Тихоокеанской эскадры тоже привлекали внимание. Пять броненосцев, один крейсер, десяток миноносцев.
— Сильно корабли пострадали? — спросил я у Кондратенко, кивнув на бухту.
— Из 12-дюймовок выбито только 4 штуки, — тот сжал губы.
— Из скольки?
— Из 19.
— А артиллерия поменьше?
— Из 54 6-дюймовок осталось 43, но большая часть уже снята и отправлена на поддержку береговых укреплений.
— Значит, если вернуть все на место, у нас на море еще может получиться грозная сила?
— Говорят, из Петербурга уже отправили лучших инженеров, но я не знаю, получится ли обойтись без замены ходовых машин.
— Получится. А если добавить еще 7 броненосцев 2-й Тихоокеанской, то мы даже с побитыми кораблями станем главной силой в Азии, — мое настроение еще немного улучшилось.
Да, с одной стороны, как-то много «если» получается, но с другой, мы уже столько изменили.

















