Японская война 1904. Книга пятая

Вера мысленно смирилась со смертью еще когда ее закинули в загон с пленными в Согёне полгода назад, потом она не раз видела старуху в армейском госпитале, после — когда ее пытались использовать и убить германские шпионы… И вот теперь смерть пришла, надев лица ее старых товарищей.

Было даже не обидно. Просто сегодня Вера поняла, что на самом деле может рассчитывать лишь на себя. Макаров вот хочет изменить мир, но полагается на других, и это его главная ошибка. Вера же будет верить лишь в себя, и поэтому у нее все обязательно получится. Покинув доходный дом, где она снимала квартиру, девушка в очередной раз усмехнулась. Тут был взрыв, а все делают вид, что их это не касается. Люди привыкли жить в раковинах, в футлярах, забились туда и не хотят показываться, но ничего… Она вытряхнет наружу всех и каждого. Всех и каждого!

Впереди, перебивая огни остального города, сиял Зимний.

* * *Оставив расследование на разведку и контрразведку, я отправился к пленному японцу, ради которого и заскочил в Инкоу. В процессе заодно перечитал доклад, где именно мы уже пересекались и как в итоге его взяли в плен. И это оказалось довольно интересно. 12-я дивизия была той самой силой, с которой мы сталкивались с самого начала этой войны. Обход на Ялу, тот самый поезд, что чуть не прорвал наши позиции под Дашичао, все-таки прорыв под Ляояном и еще один на Сяошахэ. Почти моя японская копия, которая отличается только… А чем, собственно?

— Очень приятно познакомиться с вами лично, Хикару Иноуэ, — сказал я, заходя в комнату и встречаясь с парой хмурых черных глаз. — Скажу честно, удивлен, что нам удалось взять вас в плен.

— Приятно познакомиться, — японец поклонился. Резко, но уважительно. А потом так же ответил и на вопрос. — Я ошибся.

— Расскажете?

— Мы начали бой с прорыва по ледяной тропе через пролив. Многие намокли, я мог остановиться и дать им просохнуть, но решил, что еще час-другой, пока бег и атака греют тела, помогут им продержаться. Не помогли. Уже к обеду половина 12-й дивизии падала без сил, а я уже не мог ничего сделать. Я остался, чтобы умереть вместе с ними, но судьба решила по-другому. Рядом взорвался снаряд, меня оглушило, и в себя я пришел только у вас в госпитале.

— Если что, ваши люди — те, что выжили — тоже лежат тут, — рассказал я. — После того, как мои доктора заканчивают лечение моих солдат, они всегда берутся за ваших. Лично я бы предпочел, чтобы они больше отдыхали, но…

— Да, душа тоже важна для врача. Так ведь говорят христиане вроде вас?

— Я имел в виду, что практика тоже важна, и на японцах мои доктора набивают руку, чтобы потом спасти больше русских солдат. А про душу — как оказалось, об этом больше заботится наш государь, а мы… Смотрим проще.

Кажется, я смог удивить Иноуэ, глаза которого удивленно расширились.