Любовь без поцелуев (СИ)
Есть много видов любви. Любовь преодолевает всё. Врождённую патологию сознания. Социальные и гендерные предрассудки. Страх. Преступление. История двух парней, которые никогда не любили и не были любимы, пока однажды не встретиЛИСЬ холодным осенним днём в интернате номер 17.
– И видно, что брезгуют, как будто я больной… Как будто у «гетеро» не бывает СПИДа… Блядь, СПИД, в основном, у нариков, а я в жизни не кололся! Как будто у «гетеро» не бывает венерических! Бля, в мире столько уродов – детей своих бьют, на помойки выбрасывают, жён пиздят годами, родителей из дому выгоняют, животных мучают… Я даже насекомых никогда не убивал просто так! И всё равно… Всё равно…
– Сам виноват, – я обнял его крепче, мне было больно – внутри больно, не так, как в драке, когда боль гасится злостью, тут была мерзкая тянущая боль, как будто стальную спицу загнали под рёбра.
– Потому что. Потому что я своей жизнью хочу жить, а не отцовской или чьей-то ещё. Не хочу стать одним из тех мальчиков с печальными глазами…
– Кем?
– Мальчиком с печальными глазами, – он пьяно рассмеялся, погладив меня по голове. Странный жест – захотелось откинуть голову, подставить под его ладонь, чтоб он не прекращал. – Видел парочку – такие, как я, чуть постарше.
– Ну, блядь, ты ещё заплачь тут, – мне было ещё больней от этих слов, весь мир мог проваливаться к чертям, пожар, погром, шахиды – похуй! Мне надо было быть тут, с ним.
– Да, – он снова заулыбался как-то странно, – ты так и будешь, да? К кому полезешь, когда я уеду? Игоря нагнёшь? Ты не просто так с самым красивым парнем в одной комнате живёшь, конечно, тебе всё самое лучшее… Или Вовчика? Да этот и сам нагнётся, он от тебя балдеет, ты ему только намекни… Или Рэя? Я видел, как ты смотришь на других пацанов, – он вдруг вцепился мне в спину ногтями, – в душе, на тренировках…
– Ты что, дебил? – я вывернулся, чувствуя, что остались царапины.















