Любовь без поцелуев (СИ)

Но у него есть ещё одна кассета… А если нет?

– За такие видео, – он посмотрел на меня довольным взглядом, я знал – это взгляд человека, которому достался «флеш-рояль» и сейчас он об этом скажет, – хорошие деньги платят, если знать, кому предлагать.

– Сколько?

– Десятку.

– Чего? Охуел совсем?

– На «вы», я сказал. Есть у тебя столько, не ври. И ещё. Организуешь мне свиданку с подружкой твоей.

– С Банни?!

– С ней, с Катенькой. Я давно уже на неё гляжу. Таким, как она, всегда взрослые мужики нравятся, только ты ей голову всякой фигнёй забил. А я давно подозревал, что ты пидор, Стасик, – он достал видеокассету, и телек теперь показывал только черно-белую рябь.

– Видно же, как ты на парней пялишься. Я таких, как ты да Долгин, на своём веку повидал – на вид, вроде, мужик как мужик, а на самом деле лишь бы до чужого хуя добраться, как будто своего нет. И ничем не вышибешь, – он убрал кассету в шкаф. – Веригина, дружка твоего сладкого, ещё можно перевоспитать, если силу приложить, а тебя бесполезно. Короче, ты меня понял? Я тебе скажу, когда… На этих выходных. Пусть письку побреет, люблю это дело.

Я мог бы сейчас убить его одним ударом. Я чувствовал в себе силу ударить его так, чтобы он скорчился, и разорвать ему селезёнку, а потом пнуть в шею так, чтобы отошли позвонки. Я это могу.

– Ладно.

Он открыл дверь, и я медленно вышел, пытаясь дышать, но казалось, кислород выгорал в лёгких и не попадал в кровь.

Ненависть. Я давно не испытывал такой лютой, жгучей ненависти. А его намёки про Макса? Он что, приставал к Максу? Моему Максу?!! Да как он смел, мразь такая! Как он подумал, что сможет?!

Я оделся и вышел на улицу. Где-то звенел звонок, но это было не здесь, в другом мире.

Там лежал снег, а я был внутри раскалённой пустыней. На снегу лежала пустая бутылка – «мерзавчик» из-под водки, кто-то допил и выкинул в окно. Я машинально поднял её и сжал.

Стекло хрустнуло – часть повисла на этикетке, донышко упало вниз, по ладони потекла кровь. Вот так… Так легче… Легче…

Стаканы в руке у меня уже давить получалось, но бутылку – в первый раз. Держа руку на весу, чтобы не вымазать кровью куртку – хер потом отстираешь, я отправился в свою комнату. Похуй на уроки.

В голове прояснялось.

Словно светало. В голове было теперь тихо-тихо, светло и прохладно. И пусто. Только одна мысль, ясная, готовая, чёткая и понятная.

У меня проблема. Значит, мы её решаем. Как всегда.

Царапины я протёр водкой, которая хранилась большом, всё ещё слегка пахнущем одеколоном флаконе, который отдал мне Макс. Отхлебнул немного.

И сидел, глядя в замёрзшее окно. У меня есть проблема. Я её решу.

На следующий урок я пошёл. Насчёт царапин на ладони никто ничего не сказал – Игорь отсел от меня, да и пусть.