Любовь без поцелуев (СИ)

Рэй сказал, что хотел подарить мне альбом с фотографиями. Когда он в последний раз уезжал отсюда (по каким-то делам, связанным с квартирой), то отдал в фотосалон фотки с нашими рожами, которые были у него и у Банни, где их должны были откопировать и собрать в специальный альбом с надписью. И прислать почтой. Но чего-то не срослось то ли в ателье, то ли на почте, и будет мой подарок только завтра. Ну, завтра так завтра."

"Ещё я получил маленькую бутылочку ужасного коньяка (даже этикетка кривая, нет, это я пить не буду), бутылочку коньяка получше, два дешёвых набора для бритья, зажигалку и ручки-тетрадки-носки-конфеты от родного, будь он неладен, интерната. Ну, наборы для бритья всегда пригодятся – кому-нибудь выдать, чтобы знали мою доброту, и дешёвый коньяк кому-нибудь придётся впору. А конфеты пускай Банни жрёт.

– Слушай, просеки, чего это Игорь в последние два дня от меня шарахается?

– Ага, и правда… Чего-то он тебя боится. Тьфу, грильяж!

– Чего-то он поздно спохватился, – я пожал плечами. Игоревские заморочки мне были по барабану.

Я ждал его. Моего Макса.

Все разошлись на уроки, меня тоже позвали, но я всех коротко послал. Я ждал. Это было так… Я никогда не ждал кого-то, вот в чём проблема. Можно было ждать каникул или поездки в город, или ещё чего-то в этом роде, но кого-то… Я понять не мог, в чём тут проблема. И сидел, сидел у окна, того самого, где весной сидел и смотрел, как останавливается чёрный джип и выходит ещё мне тогда совершенно чужой высокий парень с длинными, по плечи, подкрашенными зелёным волосами. Странно, вблизи я его с длинными так и не увидел. Помню, у него первое время была привычка дотрагиваться до головы, словно тянул руку к волосам, а их нет. Я тогда чисто машинально это заметил. А вообще, я как его увидел, так сразу решил, что он будет моим. Если прогнётся – замучаю сам. А он не прогнулся. Но он всё равно мой, я не знаю, как я это сделаю, сейчас или потом, но он будет моим, он будет со мной. Где ты, где ты, Макс?

Автомобильный гудок был резким. Таким, что я услышал, как где-то кто-то вскрикнул и что-то грохнулось.

Это может и не он, это может быть кто угодно…

Но я узнал эту машину, я её уже видел – чёрный, обтекаемо-плавный, блестящий БМВ, на котором приезжал его чокнутый длинноволосый друг. И я сорвался с места, когда машина только скользнула под шлагбаум, перепрыгивая три, пять ступенек, вылетел во двор, когда та ещё парковалась. Она не успела толком остановиться, а дверь открылась. И он вышел мне навстречу.