Идеальная жена

– Слушай, я с ужином на тебя не рассчитывала… Отварю сосисок, хорошо?

Кирилл помахал перед ней увесистой сумкой с продуктами. Ирина сразу потянулась разбирать.

Дачный поселок был довольно большой, но в местной продуктовой палатке можно было купить лишь самое необходимое, да два раза в неделю приезжала цистерна с молоком, а фундаментальную еду приходилось возить из города.

По содержимому авоськи было видно, что Кирилл закупился на рынке, в три раза дороже, зато не потерял целый вечер на стояние в очередях. Да и продукты много лучше, только стоит ли позволять себе подобное роскошество, ведь к хорошему быстро привыкаешь, а Кириллу скоро придется стать единственным кормильцем семьи из четырех человек, и хоть он отлично зарабатывает, но дорогу на рынок придется забыть.

Ирина хотела поругать мужа за расточительство, но не стала.

– Мяса пожарить тебе?

Кирилл покачал головой:

– Нет, я в электричке не удержался, сожрал мороженое, так что пока ничего не хочу, – он выглянул в окно и, убедившись, что дети играют на веранде, прикрыл дверь, – давай поговорим серьезно, Ирочка.

Она чуть не выронила пачку масла, которую держала в руках.

Именно так все и кончается, судьба бьет внезапно, под дых, и именно когда ты счастлива и не ждешь удара, и больше того, уверена, что именно теперь его никак не может быть.

– Да, давай, – пробормотала она, тяжело садясь на табуретку.

Голова опустилась сама, как будто под карающий меч. Что ж… К плохому приходится привыкать так же быстро, как и к хорошему.

– Ира, что с тобой? Тебе нехорошо?

Кирилл подал ей стакан воды, и она пила медленно и до конца, лишь бы только оттянуть миг, когда он скажет, что она не нужна ему больше.

Все кончено, и им осталось только спокойно, как взрослым людям обсудить, как разойтись и как быть с ребенком.

– Говори, – сказала Ирина глухо.

– Что-то вид у тебя не для серьезных разговоров.

– Говори!

– Ну, в общем, я подумал… Конечно, это не слишком хорошо, наверное, и жестоко…

– Да не тяни ты уже!

– Я хочу усыновить Егора.

– Что?

– Усыновить Егора. Это возможно при живом отце?

– Да, – Ирина почувствовала, как на глаза набегают слезы, и отвернулась, – в принципе возможно.

Господи, как же она жила, если фраза «нам надо серьезно поговорить» вызывает у нее условный рефлекс паники и боли?

– Только это непросто будет сделать, если мой бывший упрется и не даст согласия.

– А он может?

Ирина закатила глаза. Чтобы бывший муж отказался от возможности подгадить, когда он в своем праве и ему за это ничего не грозит? Да ни за что в жизни, будет выделываться, как муха на стекле, пока исполнительный лист не упадет на голову.

– А без его согласия никак?

– Ну почему, можно.