Идеальная жена

Потом она спросила, не связывают ли Игоря Ивановича и Тиходольскую какие-то личные отношения, потому что в таком случае ему необходимо взять отвод.

Гарафеев замялся, хотел соврать, что да, и соскочить, но тут выяснилось, что тогда его не освободят от общественной нагрузки, а всего лишь отдадут гражданскому судье разбирать разводы, а этого Гарафеев вынести не мог.

Он признался, что слышал о беде Тиходольской и даже подписал коллективное письмо в ее защиту, но сам никогда ее не видел, лично не знал и вообще не вникал в подробности.

Вот если бы бедную Ульяну Алексеевну судили за халатность, тогда совсем другое дело, тут бы он разобрался, а так…"

"У него не было даже внятной гражданской позиции по поводу необходимой самообороны.

Каждый случай надо рассматривать отдельно, считал Гарафеев, это касается и преступников, и больных.

Пока что он точно знал только одно – сам бы он никогда не полез в чужую квартиру и не стал овладевать женщиной насильно, так что логику Смышляева ему не постичь.

Мимо, балансируя на прямых ногах, проехала девчушка на роликовых коньках, следом – мальчик помладше на детском велосипеде. Прикрученные для равновесия маленькие синие колесики шумно скребли по асфальту. Гарафеев посторонился и посмотрел детям вслед.

Если уедет в другой город, то внуки будут расти без него. Не он отвинтит колесики у велика, и не он побежит рядом, страхуя. И не он скажет, что надо пружинить в коленках, когда катишься на коньках или роликах.

Одинокий старый хрыч… Нет, можно найти женщину, но это будет совсем не то. Любовь или нет, а все рецепторы его центральной нервной системы заняты Соней, он так сроднился с нею, что не мыслит себя рядом с кем-то другим.

Гарафеев облокотился на парапет и зорким глазом разглядел на другом берегу вывеску известного и довольно жуткого пивного бара. Сизый воздух, липкие столы, томящиеся души, короче классика жанра. Не пойти ли туда, утопить свои невзгоды в кружечке пенного, и доставить Соне радость думать, что она, умница такая, разводится не только с ничтожеством, но еще и с алкашом?

– Вот ты где, – сказала Соня, становясь рядом, – а я жду, жду тебя во дворе…

Сердце екнуло.

– Все живы-здоровы, не волнуйся. Я просто хотела тебя предупредить, что Лизочка вернулась домой.

– В смысле?

– Она поссорилась с Володей и пока поживет дома.

Гарафеев нахмурился:

– Что случилось?

– Ой, она не говорит, но я так поняла, что ничего особенного. Обычные размолвки, ты же знаешь, как оно бывает.

– Нет, Соня, я этого не знаю, – замотал головой Гарафеев. – Мы с тобой никогда не разбегались.

– Некуда просто было бежать, – вздохнула Соня. – Пусть поживет пока у нас, остынет, соскучится, Володя тоже придет в себя…

– Так пусть.

– И вот что, Гар. Ей пока не надо знать, что мы разводимся.