Любовь и ветер

* * *Первые несколько часов долгого пути до Шайенна Джесси была вне себя от злости. Предстояло провести много часов в дороге, и она решила как следует поразмыслить. И когда они приехали в город, Джесси приняла решение.

Было поздно, но Чейз приставил к спине Джесси пистолет. Ей было смешно, но она старалась сохранять серьезность. Такова ирония судьбы. Именно так собиралась она повести его к алтарю в ту ночь, когда приняла решение. А теперь на ее месте он, готовый проделать то же самое.

Джесси молчала, пока он будил священника, подводил ее к алтарю. Она знала, что священник не может видеть револьвер, приставленный к ее спине. И молчала, когда пришло время отвечать на вопросы.

Чейз ухмыльнулся, ожидая услышать, что скажет Джесси. Но она упрямилась. Он ткнул ее револьвером, и только тогда услышал ясный и громкий ответ.

Чейз так удивился, что и сам не сразу ответил на вопросы священника. Джесси быстро нацарапала свое имя, где положено, и вышла из церкви, не дожидаясь Чейза.

Он догнал ее.

— Извини, Джесси, но я вынужден был так поступить.

— Не смеши меня, — ответила она. — Мы оба знали, что ты не застрелишь меня, даже если я скажу “нет”. И ты прекрасно понимаешь, что, если бы я сама не захотела, не помог бы и револьвер. Но не думай, что ты добился своего, Чейз Саммерз. Я просто хочу, чтобы мой ребенок был законным. Вот и все. А теперь убирайся на все четыре стороны. Иногда я разрешу тебе приходить в гости, навещать его. Но я не буду с тобой жить. Ясно?

Она вскочила на лошадь и поехала к гостинице. Он смотрел ей вслед, помрачнев. Мы еще посмотрим! Проклятие!"

"Глава 36

Чейз открыл глаза и увидел, что Джесси торопливо одевается. Он ничего не говорил, продолжая наблюдать за ней исподтишка. По ее лицу было ясно, в каком она настроении. Возможно, ей не понравилось, проснувшись, снова обнаружить его у себя под боком.

Вчера он не пошел за ней в гостиницу, а завернул в ближайший салун. Знакомых лиц не было, и он позволил себе сыграть в карты, чтобы отвлечься. Но потом его узнали, и за вечер он наслушался немало насмешек в свой адрес. Все помнили, что произошло в комнате Серебряной Энни. Он услышал и про то, какую роль в ту ночь сыграла Джесси. И удивился. А когда в гостинице он обнаружил, что Джесси записала их как мистера и миссис Саммерз, он удивился еще больше. Но его радостное возбуждение испарилось, едва он вошел в комнату. Его постельное белье и подушка валялись на полу. Он поднял их, положил на кровать, где им и полагалось быть, устроился под боком у Джесси и пробормотал:

— Итак, что твое — то с тобой? Джесси резко повернулась, открыв рот от изумления. Но быстро пришла в себя.

— Так ты это слышал?

— Легенды ходят.

— Не обольщайся, — сказала она вызывающе. — Просто в тот день я поняла, что беременна, и решила выйти за тебя замуж.