Любовь и ветер

Она всегда залита солнцем, вода теплая…

— Хочешь искупаться? — Сердце Чейза бешено, колотилось, Джесси тихо рассмеялась.

— Конечно, нет. Ночью холодно. — Она внимательно посмотрела на него и сердито нахмурилась:

— А почему ты не взял куртку ?

— Я не подумал, но мне не холодно, честное слово.

— Нет, сейчас прохладно. — Она вытащила запасное одеяло из мешка, притороченного к седлу. — Завернешься на обратном пути.

Она близко наклонилась к нему, укрывая его плечи одеялом. Этой близости он уже не мог вынести. Их разделяли какие-то дюймы. Его руки уже не подчинялись ему, они сами, без его воли, прижали ее к груди. Губы его искали ее губы. У него не было сил подчинить себя разуму, и он надеялся на Джесси, молча умоляя ее сопротивляться. Может, это приведет его в чувство и остановит.

Но Джесси и не думала сопротивляться. Она забыла обо всем, потому что ощущение, шедшее из глубины ее существа, теплом разлилось по всему телу.

Он целовал ее страстно, так страстно, что она застонала. Его язык раздвинул ее губы, ее открытый рот принял его, она снова тихо застонала и еще теснее прижалась к его сильному мускулистому телу. Она почувствовала, как он хочет ее, и его желание передалось ей. Чейз уже не слышал внутреннего голоса. Она должна быть его! Вот единственная мысль, которая захватила его целиком.

Он потянул ее к земле, кинул одеяло под себя. И когда она навалилась на него, он уже ни о чем не думал. Чейз перевернулся, она оказалась под ним. Его охватило яростное нетерпение."

"Джесси почувствовала, как он снимает ремень и рубашку. Его рука коснулась ее груди. Легкий стон удовольствия, который он услышал, довел его до сумасшествия. Он был слишком возбужден, и ему было не до нежностей. Ей тоже. Его рубашка трещала, когда она расстегивала ее, желая дотронуться до его обнаженной плоти. Его кожа обжигала ее, а руки гладили твердые мускулы плеч.

Какой-то слабый голос, точно из подсознания, пытался спросить ее — какого черта она делает. Но она не обратила на этот голос внимания. Обеими руками она сжимала его плечи, целовала его грудь и шею.

Его губы кусали ее до синяков, но этого она и хотела. Он принялся стягивать с нее брюки, и она помогала ему избавиться от них. Она вся пылала и не могла вынести лишней секунды ожидания. Потом, крепко схватив его за волосы, потянула к себе.

— Я хочу тебя, — хрипло прошептала она. — Сейчас же!

Он поцеловал ее в шею:

— Но я хочу почувствовать всю тебя.

— Чейз, скорее, скорее!

И его желание увидеть ее обнаженной в лунном свете оказалось не таким сильным, как ее настойчивая мольба.

Он мгновенно разделся, и она обхватила его ногами… Внезапно он замер. Она — девственница!

— Боже мой! — прошептал он. Никогда в жизни не оказывался он в таком несчастном положении. — Извини, Джесси.