Любовь не обсуждается

Я устала менять ему одежду и отдавать в химчистку дорогие костюмы. Не думаешь о себе, подумала бы о нем.

– О нем вы хорошо думаете, – огрызнулась я в ответ.

– И уже больше двадцати лет! Но я пользуюсь отличной косметикой, поэтому и выгляжу достойно.

– Достойно своих лет?

– Не дерзи. Ты свой лоск с этой штукатуркой потеряешь уже через три года.

На этом она резко прервала экскурсию и только на пороге повернулась:

– Знаешь, наверное, ты должна была у него появиться, чтобы кое-чему научить меня. Я даже благодарна тебе за это. Но вот мой настоятельный совет, держись впредь от Тобольских подальше, чтобы не иметь еще проблемы со мной.

Катя развернулась и вышла, оставляя после себя шлейф очень приятных и запоминающихся духов. Но я так и не поняла, почему именно я должна была случиться у Никиты, если я очередная игрушка?

Гелька серьезно задерживалась, а дозвониться я до нее не могла.

Но на очередной стук на пороге снова оказалась не она, а Александр.

– Что тебе? – встретила я его не так приветливо, как он, наверное, рассчитывал.

– Ты как?

– Странный вопрос. Жива. Или ты думал, что все после встречи с Катей падают замертво?

Саша удивился.

– Катя была здесь?

– Да. Вышла пару часов назад.

– Плохо.

– Серьезно? Надо было тебя дождаться? Или лучше сразу Никиту? Он, кстати, не собирается тоже сюда приехать?

– Не смешно.

– Нет, – согласилась я. – Вы меня вообще затрахали своей семейкой. И знаешь… Ты был прав! Это не любовь. Или, как любит говорить Никита, любовь тут даже не обсуждается. Вы не умеете любить! Это не про вашу сумасшедшую семью!

Саша сорвался и сделал шаг, но я успела отскочить и наставить на него палец.

– Не трогай меня. Мне терять нечего. Я тоже могу подпортить вам репутацию. За три месяца я очень много узнала о Тобольских.

Саша развел руки.

– И не пытался. Я просто соскучился. И хотел доказать, что ты ошибаешься. Мое предложение все еще в силе.

Я нахмурилась.

– Какое предложение? – тот вечер был для меня как в тумане.

Я помню, что Саша что-то говорил о любви, о женитьбе. Но не всерьез же? Он просто хотел позлить брата, как и я.

Зазвонил телефон, и я с облегчением увидела входящий Гельки. Ну хоть не одна буду. Сашка меня знатно напрягал.

– Да? Ты внизу? Чего так долго?!

– Я… нет. Я в общаге.

Голос подруги странно дрожал, как будто она захлебывалась рыданиями и проталкивала слова сквозь них.

– Гель? Чего случилось?

– Ты еще не знаешь? Тебе ректор не звонил?

Я закатила глаза. Ну точно. Как мелко! Тобольский взялся за старое.

– Меня снова отчислили? – усмехнулась я в трубку и проморгала момент, когда Сашка оказался рядом и обнял меня за талию, неприлично приближаясь.

– Н-нет… Ир… Я не знаю, как тебе сказать… Лучше сядь. Мы сейчас со Стасом к тебе приедем.

– С кем? – взвыла я.