Любовь срывает маски

Интересно, что известно о распутных повесах этой маленькой мисс Синий Чулок? Случай совершенно типичный: та, которая не умеет веселиться, безжалостно критикует того, кто способен делать это от души. Не исключено, что немного свободы строгой барышне совсем не помешало бы. С большой – очень большой – неохотой Гаррет признавался себе, что против собственной воли восхищается быстрым умом и едким сарказмом мисс Лаундз: подобно ей, он умел ценить интеллект. Жаль только, что слишком часто стрелы ехидства были направлены в его сторону. Что ни говори, а ядовитая особа давно и прочно дружила с Люси, причем сохранила преданность даже тогда, когда все остальные отвернулись – пока кузина не стала герцогиней Кларингтон. Да, в мужестве и верности мисс Лаундз не откажешь!

Теперь отношение стало совсем другим: как только Люси затевала бал или прием, половина светского общества жаждала получить приглашение. За год ситуация изменилась кардинально, но Люси по-прежнему не расставалась с ближайшими подругами – Кассандрой Монро и Джейн Лаундз. Да, упрямая мисс Лаундз заслуживала некоторой доли уважения: она умела порадовать Люси, и в этом заключалось ее основное достоинство.

Что же касалось интриги, которую затевали подружки, то Гаррет ясно понимал: придется заняться идеей вплотную, причем поскорее. Скандал до добра не доведет. Почему самоуверенные дамы этого не понимают? Черт подери! Гаррет имел богатый опыт в распутывании замыслов Люси и отлично знал, что по большей части затеи были плохо подготовлены и заканчивались провалом, а если и приводили к счастливой развязке, то предварительно вызывали нестерпимый хаос. Частое упоминание о выдуманной миссис Банбери уже вызывало тревогу. Что же еще они натворят ради скандала? Опасный вопрос, ответ на который лучше не искать.

Гаррет отошел от окна, улегся на кровать и уставился в расчерченный деревянными стропилами потолок. С досадой потер виски. Сон давно превратился в мучение. Трудно было вспомнить, когда в последний раз удалось проспать несколько часов подряд. За последние десять лет кошмары стали привычными, но оттого не менее страшными: по несколько раз за ночь он слышал предсмертные крики Гарольда Лэнгфорда и просыпался в холодном поту.

Внезапно Гаррет почувствовал себя изможденным и закрыл глаза. Завтра приедет Изабелла, познакомится со всеми его друзьями. Два мира встретятся и соединятся. Как это будет? Десять лет подряд он делал все, чтобы прошлое и настоящее не пересекались. Военная служба в Испании и светская жизнь в качестве наследника титула графа Оулдриджа не имели точек соприкосновения и оставались суверенными государствами, населенными разными людьми.