Искупление вины

Наблюдали маршевые полки, двигавшиеся в сторону железнодорожного вокзала. Переждав три дня, вернулись к месту выброски, где была запрятана радиостанция. Оттуда же передали первое радиосообщение. Место глухое, добираться до него сложно. Наше частое появление здесь может вызвать ненужные вопросы у жителей близлежащего поселка. Нами было принято решение перенести рацию поближе к железной дороге, в район Ватланово. Там же в лесу спрятали рацию. Место надежное, но добираться до рации далеко. Поэтому радировать каждый день невозможно. Предлагаем проводить радиоэфир в среду и в воскресенье, в шесть часов вечера. Маз».

Майор еще раз внимательно перечитал написанное. Вроде бы получилось гладенько. Постарался ответить на все вопросы, какие могли бы возникнуть у командования «Абвера». От группы, которая сумела зацепиться на такой важной стратегической территории, просто так не отказываются. Это будет первый случай, когда немецкие агенты сумели радировать с Вологодчины. Только за последний год в область было выброшено около двадцати групп, но ни одна из них не сумела продвинуться дальше Вытегры.

Сложив текст радиосообщения вчетверо, Лев Федорович сунул его в конверт и тщательно заклеил, после чего, как того требовали инструкции, приложил печать, записал сведения о составлении радиограммы в рабочий журнал и поставил точное время. Теперь это письмо в работе, оставалось отправить на утверждение в Москву. Поднявшись, он взял письмо и зашагал в шифровальный отдел, находившийся в противоположном конце коридора.

Небольшую комнатку занимали четыре человека: старший лейтенант Морозов, начальник отдела и трое сержантов (его помощники). Когда Волостнов вошел в комнату, подчиненные дружно, шаркая стульями, поднялись.

– Вот что, Игорь, – сказал майор, посмотрев на Морозова, – зашифруй это письмо и немедленно отправь его в Москву. Сделай приписку, что дело весьма срочное и что я жду ответа в самое ближайшее время. – Немного тише, словно бы размышляя вслух, добавил: – Хотелось бы, конечно, получить ответ часа через два.

– Сделаю, товарищ майор!

– Как только будет ответ, немедленно доложишь!

– Есть, доложить немедленно! – с юношеским задором отозвался лейтенант.

Одобрительно кивнув, Волостнов покинул отдел.

Шифровку от начальника Вологодского управления майора Волостнова Ермолаев получил без пятнадцати шесть. Сообщение было написано грамотно, весьма аккуратно. В нем не было ничего такого, что могло бы насторожить немцев или хоть как-то озадачить. Чувствовалось, что майор Волостнов тщательно выверял каждое слово. Пожалуй, именно так бы написал диверсант, сумевший закрепиться на советской территории.