Иван Опалин

— Это убийство на Коминтерна? — Недавно в своей квартире на улице Коминтерна, которая ранее называлась Воздвиженкой, был убит известный журналист.

— Угум, — промычал Твердовский. — Манухин всех собак затребовал.

Манухин был коллегой Опалина, но оба опера друг друга выносили с трудом. Здоровенный детина, Манухин не гнушался получать сведения методами, вызывавшими у Опалина отвращение. В свою очередь, Манухин считал Ивана чистюлькой, «выезжающим» за счет везения.

— Кого он может найти? — спросил Опалин, не скрывая раздражения. Николай Леонтьевич посмотрел на лицо подчиненного и усмехнулся.

— Да неважно, главное — развести бурную деятельность, — хмыкнул он, возвращаясь за свой стол. — Все равно, чую я, дело у нас заберут… А Манухину терять нечего. Раскроет — молодец, не раскроет — отрапортует, сколько человек привлек и какие оперативно-разыскные мероприятия провел… А с трупом из Марьиной Рощи как?

— Похоже, я ошибся, — признался Опалин. — Это не «комаровец». — Николай Леонтьевич молчал, ожидая продолжения, и Иван стал объяснять: — Одиннадцатого ноября девушка ушла из дому, нарядившись, как на свидание.

Мать хотела, чтобы она сидела с младшими братьями и сестрами. Последовала бурная ссора, обе стороны наговорили друг другу всякого, и в конце концов Елисеева убежала, хлопнув дверью. Встретилась со своим любовником, Сергеем Александровичем Радкевичем, который повел ее в тридцать седьмой ресторан. Ресторан этот ранее всплывал в связи с подозреваемым, и я поручил Казачинскому проверить. Один из официантов вспомнил, как обслуживал столик Радкевича и Елисеевой. Поужинали, ушли вместе, официант предполагает — отправились к кавалеру. У него отдельная квартира — это и мать Елисеевой подтверждает, хотя фамилию любовника дочка и не афишировала. Когда Елисеева не вернулась домой, мать решила, что та переселилась к любовнику, а родне сообщить забыла — отношения такие.

— А тринадцатого числа труп ее дочери нашли в Марьиной Роще, — буркнул Николай Леонтьевич, хмурясь. — Убита как минимум за сутки до обнаружения тела… Что любовник? С ним ты уже говорил?

— Говорил, но без толку. Путается, врет, несет какую-то чушь насчет слабой памяти. Обещал жаловаться, намекал на свои знакомства и даже угрожал, в его власти, говорил, испортить мне жизнь.

Нужна санкция на его арест. Для невиновного человека он ведет себя подозрительно. К тому же у него есть машина, а Горюнов установил, что Елисееву убили не там, где тело нашли. Как оно попало в Марьину Рощу?

— Ну вот, а ты решил, тут замешан «комаровец», — заметил Николай Леонтьевич. — Никогда не стоит торопиться с выводами… Выглядишь ты, Ваня, не ахти. Приболел?

— Грипп, похоже.

— Так езжай домой, нечего народ заражать.