Любовница Его Величества (СИ)

 — Ты уже не моя Кати… не теплая, нежная, испуганная и смиренная… не моя Катарина… Но, дорогая леди, я ломал вас прежде, значит сумею сделать это снова!

Кати улыбнулась. Ласково и обольстительно, невольно копируя улыбку Алиссин, и Дариан вздрогнул.

— Ваше Величество, — прошептала Кати, — прикоснетесь ко мне снова, и я убью вас! Возможно не сразу, ведь я слабее… но придет день и яд, нож или руки убийц позволят мне насладиться вашей смертью!

— Ты смеешь мне угрожать? — прорычал монарх.

— Разве это угроза? — она продолжала улыбаться, не в силах скрыть наслаждения от осознания своей силы.

Очень медленно, не отрывая взгляда от ее глаз, король склонился и его поцелуй неожиданно стал приятен. Руки скользнули по ее рукам, прижимая запястья к ковру, а поцелуй становился все настойчивее. Губы Дариана скользнули к шее, и снова вверх, чтобы прошептать едва слышно:

— Я готов поиграть с вами в эту смертельную игру, моя сладкая леди, — еще один поцелуй, не позволяющий ей ответить и снова шепот у ее губ, — Но запомни, Кати, в Шарратасе лишь один хозяин — Я! Что бы не говорила Алиссин, она всего лишь королевская сука, которая будет рожать моих детей!

— Вы уже не в силах контролировать ее, — насмешливо произнесла Кати, — Алиссин получит Шарратас!

Тихий смех Дариана и ласковое:

— Алиссин опаивают с первого дня ее нахождения в Шарратасе, Кати. Срок ее жизни три года и половина срока истекла…

— Вы… — Катарина невольно вздрогнула, осознав сказанное.

— Я, Кати, я! — и еще один обжигающий поцелуй. — Я власть и сила в Шарратасе! Так было и так будет! И я посмею, Кати… тебе ли не знать?

— Слишком подло… даже для вас, — прошептала Катарина.

Дариан внезапно поднялся, протянул ей руку помогая встать, и обняв девушку, со стоном произнес:

— Иногда мне бесконечно… жаль. Алиссин безжалостная тварь, но она вызывает восхищение… И все же прошлого не изменишь, яд разрушит ее кровь и тогда, — сильные пальцы, схватив за подбородок, вынудили Кати смотреть в поражающие своей жестокостью синие глаза монарха, — и тогда мы снова будем вместе, только ты и я… и мои наследники. — Хитрая усмешка, — И наши дети, Кати, я хочу, чтобы ты родила мне детей.

Девушка вырвалась из королевских объятий, отойдя на несколько шагов, задала всего один вопрос:

— И от моего желания ничего не зависит?

— Моя дорогая леди, — Дариан усмехнулся, — я два года учил вас обращать внимание не на слова людей, а на их поступки. Ответ вы знаете, Катарина, и мою реакцию на ваше смехотворное заявление так же. Не скрою, я ожидал от вас жалости к себе, когда не прикасался столь долго, но ваш характер неприятно удивил меня, дорогая. А теперь марш в шатер и к моему приходу улыбаться! А я не заставлю себя ждать, Кати.