Любовница Его Величества (СИ)

 — Надо же… издали ты симпатичная, а вблизи просто красавица… Это что же ела твоя матушка, нося тебя в утробе, что кожа твоя стала столь белоснежной, как у младенца?

— Послушайте, уважаемый, — Катарина отчаянно искала пути спасения, — вы не правильно меня поняли, и я не желаю заводить знакомство с людьми, подобными вам и…

Тихий шорох травы и утробное рычание вынудили моряка мгновенно отскочить в сторону, а перед Кати метнулась черная тень, замерев плавными очертаниями уже знакомого хищника. Мужчина перевел взгляд с Кати на рычащее животное и счел за лучшее скрыться. Облегченно вздохнув, Катарина устало опустилась на ближайшую скамью и с грустной улыбкой проследила за тем, как Харан улегся у ее ног. С одной стороны его защита пришлась ко времени, но с другой… разве решится теперь к ней подойти посланник Алиссин?"

"Катарина долго сидела на скамейке, рассматривая дом баронов ассер Вилленских. Ворота имения распахнулись, выпуская знакомого незнакомца в черном плаще, и Харан метнулся через дорогу, повинуясь едва слышному зову хозяина. Ян проследил, откуда бежал его зверь, и взгляд императора задержался на бледной Кати… безразлично скользнул по ней и император отвернулся. Черная закрытая карета подъехала едва Харан замер у ног хозяина. Лишь когда император скрылся в транспорте шестеро мужчин, до этого изображающих прохожих, торопливо двинулись за каретой. Они быстро шли ровно до тех пор, пока такое же количество одетых в темное всадников, не оказались «случайно» поблизости, умело оттеснив проезжих от кареты императора, пожелавшего быть инкогнито.

Катарина проследила за удаляющейся процессией и уже намеревалась вернуться домой, как рядом с ней присела очаровательная молодая женщина, судя по одежде принадлежащая к высшему сословию.

— Леди Катарина, — приятным голосом произнесла женщина, небрежным жестом раскрывая веер, — ваша наивность действительно достойна восхищения.

Быстро оглядев неожиданную собеседницу, Кати удивленно спросила:

— Вы… передавали сообщения?

— Я, — насмешливо согласилась женщина и достала сложенный конверт, — и вот еще одно.

— В этом у меня не было даже сомнений, — печально произнесла Кати, — видимо я уже хорошо ее знаю…

— Да, — леди заливисто рассмеялась и уже тише добавила, — Алиссин неподражаема… за это мы ее и любим.

— Мы? — изумилась Катарина.

— Ах, — ее собеседница грациозно сложила веер, — не отрицайте очевидного, Катарина, любая кто удостоился любви белокурого демона, принадлежит Алиссин душой и сердцем и это неизменно.