Любовница своего бывшего мужа

— Да мне похер, — выплюнул Антон, качнувшись снова в сторону Егора, но я вспомнила про свое тактическое преимущество и повисла на нем всем нескромным весом. — Лесь, пусти.

— Нет!

— Твоя шлюха не только с тобой терлась, в курсе? — Егор попытался засмеяться, но закашлялся кровью.

— Зубы все-таки лишние? — Антон стряхнул меня и шагнул в квартиру.

— Антон!!! — я заверещала так, что слышал весь дом. — Прекрати! Или я…

— Все, пушистый, прекратил, давай без угроз, — он поднял руки, испачканные в крови Егора вверх и шагнул ко мне. — Пошли.

На улице все так же тарахтела машина с невыключенным двигателем, стоял мой беленький чемодан, и всем было совершенно пофиг на происходящее. Блаженный остров.

Антон закинул чемодан в багажник, сел в машину и достал из бардачка остатки моих влажных салфеток. Пока он задумчиво вытирал пальцы, я тоже залезла внутрь, решив, что хуже не будет.

— А если он полицию вызовет?

— Ссыкло твой Егор, никого он не вызовет, — меланхолично отозвался Антон. — Поехали?

Он выкрутил руль, выбираясь с узкой улицы.

— Но на работу точно настучит.

— Да, наверное, — Антон пожал плечами. Он куда-то очень целенаправленно ехал, и я надеялась что в гостиницу.

— Тебе не стремно потерять свое роскошное место вместе с Кипром и двадцаткой евро? — подколола я.

Хотя мне было неудобно, что вообще-то это все из-за меня. И еще странно, что он не спросил про «не только с тобой».

— Нет. Тут дочерта айтишных компаний, найду новую.

— Когда-то тебя даже курьером не брали.

— С тех пор многое изменилось, пушистый. Очень.

— Рада за тебя. А куда мы едем? — я наконец озаботилась этим вопросом, потому что, похоже, мы выехали из города.

— Уже никуда.

Антон повернул, остановил машину, достал из кармана брелок — что-то пискнуло, и перед нами открылись кованые ворота, ведущие на маленькую площадку, выстланную плиткой.

— Выходи, — он снова щелкнул пультом и стал выбираться из машины.

— Что это? — я стояла среди деревьев; некоторые были еще голыми. Подумайте, какие нежные, кипрская зима им холодна настолько, чтобы листья сбрасывать!

— Это дом, — отозвался Антон, крепко взял меня за руку и повел вглубь.

— Твой? — я затормозила и воткнулась в землю каблуками. Вот еще в семейном гнездышке не была у него!

— Нет, пушистый, — он посмотрел на меня с упреком, приподнял, обняв за талию и перетащил еще на несколько шагов, к открытой двери. — Твой. Живи тут. У тебя наверняка еще были планы какие-то на Кипр. Зачем тебе жить в гостинице?

— Что это за дом, Антон?

— Может быть, лучше «солнце»? — он обошел меня со спину и обнял. — Я его изначально снял для тебя. Правда, ты ясно дала понять, что меня не хочешь. Так что он пока постоял. Видишь — пригодилось. Идем.

Он втащил меня в дом.