Любовница своего бывшего мужа

Жалко, что нельзя держать под рукой какого-нибудь прекрасного Диму с оральным сексом по требованию.

Домой — в мой новый дом — я вернулась уже в темноте, усталая как собака. Успела только перекусить в кофейне, но совершенно не подумала о том, что в холодильнике «какая-то» еда, а не нормальная. В общем, так и оказалось — банка консервированных печеных перцев, оливки и кусок сыра. Ну что ж, такая вот разновидность средиземноморской диеты, почему нет.

Едва я устроилась со своей добычей за столом, как раздался стук в дверь. Я страшно удивилась, но пошла открывать. И еще больше удивилась, увидев Антона.

— Ты чего стучишь? Ключей нет?

— Есть, но ты же здесь живешь, — тоже удивился он. — Не вламываться же мне просто так. Вдруг ты здесь голая ходишь.

— С чего бы мне ходить голой! — возмутилась я и осеклась. Да, старые привычки забылись. Наш рай на двоих — мы всегда ходили обнаженными по дому. А одна я стала носить пижамные штаны с футболками.

Антон хмыкнул и протащил внутрь ворох пакетов.

— Мясо, сыр, овощи, молоко, всякая замороженная еда, если лень будет готовить. Вино… Я взял французское, ты его все еще любишь? Мороженое, вот это попробуй, Ben & Jerry’s в Россию не импортируют. И сейчас на вечер купил мусаку с орешками. Ешь, пока горячая, только что приготовили.

Он выставил на стол серебристый лоточек с потрясающей греческой запеканкой. Я ее уже успела попробовать в одном ресторанчике, и мне очень понравилось.

— Вино тебе открыть? — поинтересовался Антон, вертя бутылку.

— А ты будешь есть?

— Только если пригласишь.

— Откуда вдруг такие щепетильность после того как ты меня все эти дни буквально преследовал?

— Ну я тебя заполучил в свое логово, — грустно улыбнулся он.

— А дальше не знаешь, что делать?

— Ага, как собаки, которые гоняются за машинами, но не знают, что делать, когда догонят.

— Садись, — я вздохнула. — И вино давай. А тебе можно за рулем?

— Ну немножко-то можно."

"Он открыл вино, разлил по нашедшимся в недрах шкафов бокалам, а я поделилась с ним мусакой. Несмотря на дикий голод, я свои возможности оценивала здраво — всю порцию мне не осилить.

Это был такой уютный семейный ужин. Почти как раньше. Антон иногда смотрел на меня, когда думал, что я не замечаю. Но он задерживал взгляд слишком долго.

Я вспоминала первые месяцы одиночества, когда ужасно боялась Нового Года, который первый раз должна была встречать без него. Я тогда шла по улице в самый темный ноябрьский вечер, мерзла, смотрела на горящие окна в домах и думала, что вот, пока мы были вместе, так часто мне хотелось провести время одной! Иногда я выпихивала Антона к друзьям в бар, только чтобы без помех и конкурентов посмотреть сериал и сожрать чизкейк. Или порасписывать ногти без его нытья про то, что ему воняет.