Любовница (СИ)

Расставшись с карандашом, Саша повернулась во сне, закинув руки за голову.

Сначала, Яр не понял, что же его насторожило, но уже через мгновение разум застелила ярость. Даже при не сильно ярком осветлении на шее девушки четко различались два красных пятна. Такие не остаются от укусов насекомых, нечаянных ушибов.

Не совсем контролируя себя от злости, Яр бросил вопрос, приблизившись практически вплотную:

— Что это, Саша?

* * *Сначала, Саше показалось, что нависший над ней человек, ей просто снится, снится как и попытки забрать у нее из рук единственное средство защиты. И даже проснувшись, Саша не сразу поняла, что на нее и правда смотрят сверху голубые глаза, зло, предупреждающе, заставляя съежиться. Глаза Яра.

Черт, как она могла так заснуть? Вернувшись в комнату, в поисках теплой кофты, Саша почему-то вдруг вспомнила, что она так до сих пор и не собралась с мыслями над раздобытым блокнотом, забыв обо всем на свете, девушка устроилась на кровати, вооружившись карандашом. Как заснула — не ответила бы и сама. Вот только по спине прошел холодок — а если бы вернулся Дима? Она ведь должна была быть на чеку. Хотя Дима не мог бы напугать ее так сильно, как пробивающий до костей холод, который излучал сейчас взгляд Самарского."

"— Что это, Саша? — он протянул руку, тыча куда-то в нее. Не совсем понимая, чего он хочет, Саша попыталась отползти, хотя бы сесть.

— Ты приехал? — голос после сна слушался неохотно.

— Я спрашиваю, что это? — не обращая внимания на ее жалкие попытки отодвинуться, Самарский схватил, успевшую уже сесть, Сашу за руку, подтягивая обратно. — Отвечай, Саша! — и снова тыкнул куда-то в шею, заставляя запрокинуть голову.

Засосы… Последствия неудачных приставаний Дмитрия.

— Ничего… — девушка отвернулась, выворачивая руку, вот только и это не удалось. Самарский перевернул конечность ладошкой вверх, внимательно рассматривая оставленные другом синяки. На запястьях и предплечьях четко различались следы пятерни.

Бросив еще один взгляд на отвернувшуюся Сашу, Яр схватил и другую ее руку, помеченную такими же следами.

— Что это? — не обращая внимания на попытки его остановить, Самарский дернул вверх подол сарафана, осматривая похожие следы и царапины уже на бедре. — Кто это сделал? — не контролируя ярость, он сдавил кисти рук не менее сильно, до белизны.

В памяти почему-то всплыли слова Димы:

«Попробуй, расскажи Яру, посмотрим, кому он поверит, лучшему другу, или удачно подвернувшейся шлюхе…» Ответ очевиден. Самарский ей не поверит.

— Я упала, мне помогли подняться, — и прямой взгляд, иначе, не поверит и лжи.

Сжав челюсти с такой силой, что казалось, скулы окаменели, Самарский смотрел на нее молча. Саша пыталась считать секунды, силой заставляя себя не отводить взгляд.