Люфтваффельники
Автор — кадровый военный. Сотня безумно смешных рассказиков о жизни советского лётного училища.
Огромные сугробы выросли по окна второго этажа зданий, а на центральном плацу, дорогах, тротуарах и всех тропинках внутри периметра училища и на подъездной дороге к КПП (800 метров в сторону города) — черный асфальт! Представили?!"
"Весь город и его окрестности безнадежно утонули в снегу! Уборочная техника не может пробить даже узенькие дороги для организации бесперебойного движения городских автобусов, все дворники пришли в ужас от увиденного и тупо ушли в перманентный запой! Дети не могут добраться до школы без риска затеряться и сгинуть в нереальных залежах снега, который невозможно вывезти из города, т.
Фантастика за пределами разумного понимания! У любого человека, сходящего с автобуса № 12 на остановке «Авиаучилище» от увиденной картины идеально чистого черного асфальта изумленно выпучивались глаза, которые сразу же дружненько и наперегонки лезли на лоб, сдвигая шапку на затылок.
Со стороны складывалось впечатление что, каждая снежинка, опускаясь с заоблачных высот «сбрендившего с ума и потерявшего совесть» поднебесья на территорию нашего училища ВВС, приземлялась уже самопроизвольно (под действием строгой военной дисциплины, не иначе) исключительно в специально отведенные места, старательно избегая малейшей возможности оказаться на дороге и «запачкать» своим присутствием идеально черный асфальт!
Ох, если бы так было на самом деле?! Проклятый снег, состоящий из стасплексов (самое большое математическое число в мире, больше еще не вычислили) отдельно взятых снежинок чистили мы — курсанты училища ВВС.
Т.к. распорядок дня училища, утвержденный строгим генералом «раз и навсегда» подразумевал учебу, как основное занятие курсантов (с перерывами на караулы и различные хозяйственные работы) то, чтобы вылизать «закрепленную территорию» до идеального состояния (читай: «до асфальта», независимо от времени года и погодных условий) приходилось вставать «затемно» — за пару часов до официальной команды «подъем» и остервенело скрести всеми ненавистный снег за счет «личного времени».

















