Люфтваффельники

Толпа курсантов в панике ломанулась на выход из штаба, снеся допотопный деревянный фотоаппарат на кособокой треноге вместе с укутанным в черное покрывало фотографом. Дежурный офицер по училищу благоразумно заныкался в «аквариуме» за стеклом «дежурки» и трепетно прижавшись к сейфу с оружием, пытался успешно мимикрировать в зеленый цвет, давая приличную фору самому искушенному хамелеону.

Тем временем, полковник Волченко надвигался на меня как обезумевший слон на микроскопического таракана. А перед ним в живописном брачном танце влюбленного павлина, распушив хвост, «гоголем» выплясывал капитан Нахрен.

Живописная картина, ничего не скажешь.

А полковник разбушевался не на шутку.

— Я тут что?! Пустое место?! Это издевательство над полковником?! Данный разгильдяй, уже битый час, как должен образцово-показательно мести двор гауптвахты! А он, бляха-муха, фотографируется у воинской святыни?! Кто посмел?! Что за хрень, я вас спрашиваю?! Кто разрешил?! На «гарнизонку» (гарнизонная гауптвахта — тихий ужас, поверьте на слово) его! Немедля, бля! Сегодня же, сейчас же! Десять суток! Десять!!!

— Товарищ полковник, это единогласное решение, вынесенное на заседании политического отдела, во главе с замполитом училища полковником Боргударовым.

Курсант Симонов — круглый отличник и за его кандидатуру ходатайствовали все преподаватели по профильным дисциплинам с обязательным утверждением на заседании учебного совета училища. Очень достойный курсант, исполнительный…, кандидат в члены КПСС! Комбат Серов, ему лично рекомендацию написал…

— Боргударов, говоришь?! Серов?! Политотдел?! Образцовый «яйцеголовый»?! А чего он в столовой торчит… в посудомойке…?! На глаза мне попадается, да еще и с наглой рожей… И самое главное — вякать что-то пытается?! Совсем распустился…

— Больше не попадется! Я ему рот заклею, портянку засуну! Я его на свинарник сошлю, буду в наряды по КПП ставить, ей-ей… Политотдел, Боргударов, Серов, преподаватели, все как один…

— А ладно, хрен с ним и с политотделом долбанным, вместе с Боргударовым и Серовым вашим.

Слышь ты?! Отличничек! Выходи из-за древка, все равно уши твои видно, торчат два локатора… Короче, хуль с тобой, амнистия. Но в следующий раз, УУУУууууухххх…. !!!

Выпустив пар, грузно переваливаясь с ноги на ногу, полковник Волченко потопал в свой кабинет в штабе училища.

Володя Нахрен вытер обильно вспотевший лоб и жалобно улыбнувшись, прошептал.

— Уф, проскочили! Вот принесла нелегкая, пьянь непотребную…

Посмотрев в мою сторону, ротный подмигнул и с показной грозностью прошипел.

— Ты ничего не слышал, в нарядах сгною!

Обиженно закатив глаза «под образа», я посчитал за благо скромно промолчать, прикинулся ветошью и решил не отсвечивать.