Люфтваффельники

На финише имеем рукава по локоть, на груди гимнастерка не сходится, а его оппонент стоит, чуть ли не в «плаще по колено» и с рукавами, свисающими до пола, застегнув крючок воротника в районе своего пупка.

По ночам пугали суточный наряд. Например, в дальнем туалете ставили стул из «ленинской комнаты», брали плечики для одежды и с помощью ниток, иголок и запасной формы ХБ формировали фигуру (галифе пришивали к гимнастерке в единое целое), которую «сажали» на стул. А плечики, вставленные в гимнастерку через крючок светильника на потолке, привязывали веревкой к входной двери туалета и выкручивали лампочку электрического освещения.

"

"В результате, посреди ночи, полусонный дневальный шел в туалет осуществить плановую уборку. Нажимал на включатель, свет естественно не включался. Парень, плюнув на освещение, все равно открывал дверь, чтобы разобраться еще и с «перегоревшей» лампочкой. Веревка, привязанная к ручке двери, натягивалась и через крючок на потолке поднимала плечики, на которых висела бесформенная фигура.

А теперь представьте как душераздирающе орал дневальный по роте, увидев в полумраке туалета бесформенную фигуру, которая «прыгает ему навстречу»?! Громко орал! Очень громко! Некоторые ребята, особо слабонервные, штанишки потом застирывали.

В условиях монотонных будней, любое событие, выпадающее из однообразной череды, воспринималось как «веселуха». Мы сами искали и создавали себе развлечения. И чего мы только не делали?! Пытливый ум при небольшом желании способен много чего изобрести и придумать, а в частности.

Пропускали брючной ремень галифе спящего парня через спинку кровати. Утром, по команде старшины автоматически схватив при «подъеме» штаны и ломанувшись с ними в коридор на «45 сек», курсанты вставали в строй, чуть ли не вместе с двухъярусной кроватью.

Заколачивали двери прикроватных тумбочек, переворачивали звездочки на пилотках и «крабы» на шапках, перекручивали хлястики на шинелях в виде пропеллера. Короче, веселились, как могли, чудили по любому поводу.

Чтобы пошутить над дежурным по классу, толкли и размачивали мел, пропитывая этой белой массой тряпку. В результате, малейшая попытка стереть надпись с учебной доски приводила к ее качественной побелке и покраске…

Звонили на тумбочку дневального и «измененным офицерским» голосом отдавали строгие указания какому-либо курсанту срочно явиться в кабинет командира роты, комбата, начальника особого отдела (жестокий вариант).

Могли поднять роту по тревоге (прокатывало только на 1-м курсе), вызвать курсанта на КПП к «беременной девушке, которая ждет двойню» от счастливца и т. д. и т. п.

Заклеивали листы в конспектах, зашивали рукава в шинелях и на кителях, штанины у галифе.