Люфтваффельники

Яровой так и стоял, с нависающим над головой комбата поникшим членом. Парень был в ступоре.

— Курсант Яровой, — шепотом ласково позвал его Пиночет.

— Я, — на автопилоте ответил Андрей, медленно выходя из оцепенения.

Пиночет медленно поднес указательный палец к своим губам, призывая к молчанию о данном происшествии. Яровой энергично закивал головой в знак согласия. Комбат, так же молча, продемонстрировал, что если курсант Яровой будет много болтать, то его резкое движение ладони поперек горла, показало неизбежные перспективы для нескромного на язык фигуранта этого ночного происшествия.

Андрей интенсивно замотал головой в знак отрицания. Пиночет развернулся и молча, осторожно, почти на цыпочках, двинулся домой. Яровой, так и продолжал стоять на подоконнике, глядя ему в след, не веря своим глазам и пытаясь осознать происходящее.

В это время, тяжело дыша и громко сопя, из-за угла казармы выполз изможденный Витя Копыто. Увидев спину удаляющегося комбата, Витя получил нежданный прилив энергии и пулей влетел в расположение роты. Первое, что он там увидел — это был Андрей Яровой, стоящий на подоконнике с уже посиневшим мужским достоинством, крепкозажатым в руке.

— Андрюха, меня не спалили?

— Нет.

— Пиночет заходил?

— Нет.

— Дежурный по училищу расход сверял?

— Нет.

Успокоенный, не задумываясь лукаво, Витя прыгнул в койку и мгновенно захрапел. До подъема оставалось около 4-х часов. Забивать голову мыслями и задавать лишние вопросы, Витя не умел и не имел привычки. Его сознание отключилось сразу же, с момента прикосновения головы к подушке, он погрузился в нирвану. Во сне Витя сладко улыбался, самовольная отлучка прошла идеально. Он был счастлив, жизнь удалась.

Яровой слез с подоконника и, наконец, разжал онемевшие от перенапряжения руки, с трудом застегнул ширинку на галифе, снял пилотку и вытер ей вспотевший лоб.

Глядя на проходящего мимо него сонного курсанта Симонова, бредущего как лунатик на автопилоте, в туалет, тихо произнес.

— Слышь, Санька, а БОГ то Витю, нашего дурачка, любит. Точно любит, причем сильно.

Я, еще находясь в нежных объятьях Морфея, автоматически продолжая движение по зову природы, утвердительно промычал.

— Угу, регулярно. Факт!

— Сань, а вместе с этим кретином, сегодня ночью, заодно и меня, БОГ полюбил.

Правду говорю. Ты не поверишь? Дай слово, что никому. .

13. Бигус

Вы, когда-нибудь, ели бигус? Вы, не ели бигус?! Вы, наверное, даже и не знаете, что такое бигус?! Кто не вкушал это чудо кулинарного искусства, приготовленное искусными руками военных поваров, тот однозначно, очень много потерял. Ради этого деликатеса, стоило поступить в военное училище. Потому что прикоснуться к этому фантастическому продукту мне довелось только в одном месте.