Людоед на первом этаже

К их злости, он поставил коробку на капот машины и спокойно принялся перебирать ее содержимое, достав банку сардин.

- Но как же Джонни и Дуглас? – спросила Гвинни, пританцовывая от беспокойства.

- Что вы делаете? – спросил Каспар.

- Надеюсь, что старый трюк по-прежнему работает, - ответил Людоед и с бешеной силой швырнул сардины в защитный шлем, покачивающийся в центре драки.

Шлем немедленно повернулся. Его хозяин набросился на ближайшего к нему человека, явно думая, что это он его ударил.

- О, понимаю! – воскликнул Малколм и достал из своей коробки банку персиков.

- Не персики! – остановил его Людоед. – Я их люблю. Только сардины и консервированная фасоль.

Он распределил метательные снаряды. Каспар взвесил на ладони банку фасоли, нашел вес приятным и швырнул ее в толпу. Они с Малколмом засчитали себе меткие удары прямо по защитным шлемам, и еще один – Людоеду. Каждый человек, в которого они попадали, немедленно поворачивался к соседу. В считанные секунды вся толпа уже яростно дралась между собой. Кружились руки и ноги в черной коже. Раздавались яростные крики на странном языке.

Гвинни усугубила неразбериху, когда промахнулась консервированной фасолью и с громким лязгом попала в мусорное ведро.

Людоед бросил Каспару ключи:

- Забирайтесь в машину вместе с продуктами. Оставь дверь открытой для нас.

Он бросился к колотящим друг друга мотоциклистам, принялся прокладывать себе путь между ними и почти сразу же полностью исчез. Гвинни в отчаянии выкручивала руки и больше ни о чем не могла думать. Малколму пришлось затолкнуть ее в машину.

Они поспешно загружали коробки, когда Людоед снова вынырнул из драки, таща Джонни и Дугласа.

Оба были бледными и потрепанными, но по-прежнему держали метлу, швабру и обе части мусорного ведра. Банка Гвинни вместе с клубничным мылом оглушительно грохотала, болтаясь в ведре. Тяжело дыша, они добрались до машины, и Людоед зашвырнул их внутрь. Никто не понял, как они оказались в машине, но как-то оказались, и Людоед плюхнулся на водительское сиденье и завел двигатель. К этому времени мотоциклисты кучей катались по земле, колотя, пиная и даже кусая друг друга.

- Мы ничего не будем с ними делать? – спросил Каспар.

- Нет, - выдохнул Людоед. – Оставим это полиции.

- Но что будет, когда выяснится, что у них нет ни имен, ни адресов, ничего? – поинтересовался Малколм.

- Не имею ни малейшего представления, - ответил Людоед, торопливо отъезжая задним ходом – прочь от сражения. - Полиция что-нибудь придумает. Дуглас, можешь опустить ведро, чтобы я мог хоть что-нибудь видеть в зеркале?

Дуглас попытался, и Гвинни с Каспаром вскрикнули от боли.

- Боюсь, не могу.

- Значит, придется догадываться.