Логово

– Твою мать! – вскрикнул Николай, внезапно почувствовав «прострел» в позвоночнике. Да, старость не радость. Он уже хотел отпустить железяку и присесть, когда к работе подключились еще несколько человек, в том числе Воробьев, который, поплевав на руки, сразу сдвинул «дверь», как заправский домкрат. Другие кинулись им на помощь, подставляя руки.

– Разойдись! А то задавит на хрен! – заорал старший сержант.

Лист из нержавеющей стали упал на бетонный пол с оглушительным грохотом, подняв столб пыли.

Незнакомый Малютину боец, которого любопытство или дурость заставили первым шагнуть в коридор, вдруг отскочил назад. На лице его было написано отвращение.

Одуряющая вонь ударила в нос – гораздо более сильная, чем в помещении с нарами. Запах тлена уже давно неприятно щекотал им ноздри, но здесь он просто валил с ног.

«Видимо, они, как медведи, любят тухлятинку», – подумал Николай.

– Респиратор мне дайте. Хоть какой.

Ни у кого не оказалось даже повязки, наподобие той, которую носил стоматолог из Мирного во время их патрулирования. Чертыхнувшись, Малютин закрыл нос тряпкой и двинулся вперед, в темноту, зажигая свой фонарь. Уже скрываясь за поворотом, он оглянулся и увидел, что никто не последовал его примеру.

***Он вернулся через четверть часа, когда его уже потеряли.

– Там трупы? – спросил полковник. Малютин сел на голый пол, прислонившись к стене. Лицо полковника было бледно-зеленым, словно он тяжело отравился. Как будто это ему довелось все там увидеть.

– Да, – ответил Малютин. – Частично съеденные. В разных стадиях разложения. Обычные люди и животные. Чертовски странные животные. Но у меня особо не было времени на изучение этой кунсткамеры. Вы наверно поняли, почему.

Своего лица Николай, конечно, видеть не мог, но чувствовал себя терпимо. Наверное, сказались несколько дней практики в морге. Разве что голова немного кружилась. Коридор был длиной метров сто, и все это время он дышал только ртом. Хотя запах все равно воспринимался мозгом как густой ядовитый смрадный туман.

– Это их холодильник. Там, впереди, похоже, не задраены заслонки, потому что холодно зверски, и ощущается сильный сквозняк. Но это не мешает телам портиться. А еще там лежит тело одного из них. И они уже начали хоронить его… по-своему.

– Хватит!

Полковника передернуло. Малютин не мог не испытать легкого злорадства, хотя считал Бунчука не таким уж плохим мужиком.

– А выход? Выход там есть?

– Увы, – развел руками ученый. – В конце коридора, где должна быть лестница, – все закупорено землей. Дует только из нескольких отверстий, куда и кошка не пролезет. Но это не похоже на завал от ударной волны или подвижек грунта. Земля рыхлая и мягкая. С листьями и перегноем. Ее накидали совсем недавно. Наши друзья.