Логово

Странно: такие здоровые, а бегают чуть ли не по потолку. Мы стреляли, а потом кто-то из них догадался погасить костер. В темноте мы пытались стрелять на звук, но нас всех заломали… за минуту или две. Ну и силища у них. Я сам видел, как они руки вырывали из суставов и позвоночники ломали.

Чувствовалось, что разговор помогает Воробьеву хоть немного прийти в себя. Исчезли из его голоса истерические нотки. Перед Николаем снова был нормальный мужик, хоть и побитый, и раздавленный морально.

– Смогли хоть кого-то убить?

– Попадать попадали. Я лично видел, как двое из них упали и не поднялись. Они не призраки. Они, падлы, очень живучие, но грохнуть их можно.

– А вы сомневались?

– Черт его знает. Когда это началось, я чуть в штаны не наложил, – признался сержант. – Но и теперь не лучше. Кто они такие, эти звери?

– Я называю их «серыми», – ответил Малютин. – Думаю, когда-то они были людьми. Но то, чем занимались ученые в этом месте… их изменило. И не в лучшую сторону. Ты фильмов, что ли, не смотрел? Они не совсем звери. Я видел у одного на голове фуражку полковника. Не уверен, что он их главный. Скорее это просто обезьянничанье. Но они не дураки.

– Ч-что они с вами делали? Там, куда вас уносили.

– Кололи шприцем какую-то дрянь, – Малютин решил не скрывать страшной правды, даже если это отразится на отношении других к нему. – Я бы предпочел попасть к животным, которые снаружи. Они бы нас просто растерзали. А тут… не знаешь, чего ждать. Но на меня, похоже, не подействовало.

– Тебе повезло. А вот на них, видать, подействовало… – Воробьев кивнул в сторону соседних клеток.

«Ужас, конечно. Бедолаги, – подумал Малютин. – Но сейчас надо думать, как отсюда ноги сделать. Эх… говорил я им, надо валить. Чувствовал одним местом, что это все не к добру. И надо же, угадал».

– Да что это за фигня вообще? Откуда эти «серые» взялись? – услышал он шепот Воробьева.

– Никто не знает. Думаю, даже Малдер и Скалли тут не помогли бы.

Своей безобидной шуткой он попытался подбодрить товарища по несчастью, но, похоже, сделал только хуже.

Оба замолчали. В разговоре образовалась пауза, и Малютин воспользовался ей, чтобы лучше осмотреть помещение. Как он и думал, выбраться из него было нельзя. Внешняя стена за его спиной была железобетонной, впереди от сквозного коридора его отделяла настоящая тюремная решетка с дверцей в ней, а от соседних клеток его камеру отгораживала туго натянутая сетка-рабица. Решетка была довольно ржавой, но прочной, а сетка и вовсе оказалась из нержавеющей стали. Нечего было и думать о том, чтобы проделать в ней дыру без инструментов. Да и что это дало бы, кроме попадания в соседнюю камеру?

Если бы у них было в запасе несколько дней, можно было бы выломать какую-нибудь деталь из кровати и попытаться открыть дверцу в решетке.