Логово ведьмы

Она перехватила пса на бегу, подняла на колени и осмотрела.

– Аристократическое излишество, – сообщила она внимательным шоколадным глазам. – Династический порок, если тебе это о чем-то говорит. Ничего страшного, но ветеринару показать нужно.

Топик при слове «ветеринар» быстренько лег и закрыл глаза, как будто он давно и крепко спит. А Чарли с готовностью спрыгнул с колен и завертел хвостом, давая понять, что с Диной он хоть на край света.

– Ты у нас самый храбрый, – с уважением призналась она ему и стала быстро собираться. В гостиной Анна Ивановна уже разговаривала с Аленой. Скоро приедут стилист, парикмахер, и они начнут готовиться к вечеру.

* * *"

"– Нет, Анна Ивановна, ничем он меня не обидел. Наоборот, обращался, как с королевой, а не как с женщиной на одну ночь. – Алена похудела, осунулась. Она сидела на диване, съежившись, высоко подняв плечи, как будто у нее что-то болело, и беспомощно щурила глаза. Анна Ивановна впервые заметила, что она близорука. – Просто такие вещи понимаешь сразу. Что бы ты ни сделала, как бы ни лезла из кожи, что бы он ни сделал, что б ни говорил – тебя для него нет. Пустое место.

Анна Ивановна не верила своим ушам и глазам. Когда она открыла дверь, увидела бледную, удрученную Алену, у нее сердце оборвалось: что-то случилось! Выяснив, что все живы, и напоив Алену чаем, Анна Ивановна так умело повела разговор, что Алена сама захотела с ней поделиться. Анна Ивановна изо всех сил скрывала свое изумление. Алена влюбилась? Безответно? В Игоря? Когда Анна Ивановна думала о ее личной жизни, то представляла себе очередь олигархов, добивающихся ее благосклонности. Такая шикарная, стильная, недоступная женщина. Игорь, конечно, мужчина симпатичный, но совершенно из другой оперы. К тому же не надо быть такой умницей, как Алена, чтобы понять: он не просто любит Катю, он порабощен ею навеки. В такой ситуации придумать слова утешения трудно. И все-таки Анна Иванова попыталась.

– Знаешь, это мнительность. Ты чего-то ждала, была к нему чересчур внимательной, вот и мучаешься сейчас, все по-своему трактуешь.

– Да что тут трактовать, Анна Ивановна, – горько улыбнулась Алена, и глаза у нее влажно заблестели. – Он после ночи любви во сне Катю звал и плакал.

– Катю… – растерянно пробормотала Анна Ивановна. – Но это же его жена, и она больна. Такая напасть. Знаешь, я сплю одна, но если бы мне сказали, что я ночью Катю зову и плачу, я бы не удивилась.

– Если бы вы плакали, я бы тоже не удивилась. Но он – в той ситуации, после такой ночи…

– Алена, ты б себя не накручивала. Он привык о ней думать, а ты все-таки свалилась на него как снег на голову. Катя – очень красивая, милая женщина, но она не такая шикарная, как ты. Я к тому, что к таким, как ты, привыкнуть сложнее.