Измена. Мы больше не твои
— Ты нашел другую маму для наших дочек? — в ушах все еще стоит плач девочек и просьбы не оставлять их. — Не думала, что ты опустишься до измены!— Я тебе не изменял. Она всего лишь удовлетворила те мои потребности, на которые у тебя вечно нет сил.Открываю рот, но тут же захлопываю его, вспоминая слова Артема, что нормальные жены, даже уставая на работе, всегда найдут способ удовлетворить мужа.
Мама отпускает меня, но не отходит, а устраивается рядом.
— У Артема другая, — смотрю на свои руки, лежащие на коленях.
Мама молчит.
Секунду. Две. Три.
У меня уже проскальзывает мысль, что никакой реакции не последует, как слышу судорожный вдох.
— Ты уверена? — аккуратно спрашивает мама.
Меня передергивает. Поднимаю голову, смотрю ей прямо в глаза.
— Как я могу быть не, — выделяю последнее слово, — уверена, — напрягаюсь всем телом.
— Прости, — взгляд мамы тут же смягчается. — Просто, когда мы разговаривали с ним последний раз, у меня не возникло ощущения, что Артем хочет развестись, — она хмурится. — Даже наоборот, Артем только о тебе с малышками и говорил.
Хмыкаю.
— А он и не собирается, — горько усмехаюсь.
В груди начинает печь. Хочется потереть саднящее место, но я сдерживаюсь. Слишком приятно чувствовать тепло рук мамы, передающееся мне.
— Тогда я ничего не понимаю, — сама сводит брови к переносице и пристально смотрит на меня.
Не выдерживаю ее взгляд, прерываю зрительный контакт, смотрю в стену.
— Если кратко. Артем связался с дочкой давнего партнера. Не знаю толком, что между ними было. И если честно, не хочу знать. Но развод Артем не хочет мне давать. Даже предложил попробовать сохранить семью, — судорожно втягиваю воздух. — Я ничего ему не ответила. И если честно, не знаю, что сказать. Просто… — тяжело сглатываю, — это так больно, мам, — поднимаю глаза на самого родного человека на свете и больше не скрываю свои эмоции. — Я полюбила Артема с первой встречи, а он женился на мне только ради девочек, — слезы брызгают из глаз, скатываются по щекам.
Миг, и я оказываюсь в теплых, успокаивающих объятиях мамы. Она так крепко прижимает меня к себе, что плотину, которую мне удалось выстроить между реальном миром и пожирающими изнутри чувствами, резко прорывает. Всхлипы один за другим срываются с губ. Боль захлестывает с головой.
Я плачу, плачу, плачу… Пока внутри не остается кроме пустоты.
Не знаю, сколько проходит времени, но, в итоге, мама, видимо, чувствует, что я успокаиваюсь, чуть отстраняется, заглядывает мне в глаза, стирая влажные дорожки с моих щек:
— Ты знала, что, когда мать Артема решила уйти, то бросила в лицо его отцу фразу: «Я никогда не хотела ни тебя, ни ребенка от тебя»? — произносит тихо, грустно улыбаюсь. — Маленький Артем, все слышал.
Глава 30
— О чем ты? — непонимающе хлопаю глазами.
— Значит, Артем ничего тебе не рассказывал, — мама грустно улыбается. — Неудивительно. Леня воспитал Артема закрытым мальчиком, — она пододвигается к задней спинке кровати, опирается на нее.
Расслабляется, а я, наоборот напрягаюсь.
У меня же начинает гудеть голова. Такое чувство, словно я чего-то не улавливаю. Мама, явно, хочет наставить меня на «путь истинный».