Локки 7. Потомок бога

И получив одобрительный кивок, он вышел из комнаты и крикнул:

— Прохор, принеси баранки и чего-нибудь еще к чаю!

— Ты когда успел подчинить себе город зверолюдов? — тихонько выдохнул Шилов, пользуясь тем, что майор далеко и не может нас услышать.

— Минутка свободная выдалась, вот я и приобрел недвижимость в элитном районе Пустоши, — весело усмехнулся я, откинувшись на спинку жалобно заскрипевшего стула.

— Уже несет! — приподнято выдал Сухов, вернувшись обратно в комнату.

Он быстро переложил все бумаги и карты со стола на подоконник и поманил пальцем нас с Шиловым. Мы вместе со своими стульями переместились к столу. И как раз вовремя…

В комнату, величаво ступая, вошел здоровенный бородатый детина в форме, едва не трещащей на его широких плечах и небольшом пузике. Волосатые толстые пальцы мужчины держали перед ним поднос, а на том красовались хрустальные вазочки с баранками и прочими угощениями.

Половые доски поскрипывали под весом солдата, а сабля в ножнах слегка похлопывала по его объемному бедру.

— Ставь сюда, Прохор! — приказал ему с благодушной улыбкой майор, указав на стол.

Солдат с кряхтением опустил поднос на указанное место, звякнув посудой, а затем украдкой глянул на меня из-под косматых, черных, как смоль, бровей, в которых зайцы могли жить, как в кустах.

— А конфеты? Где конфеты? — всполошился Сухов, пробежавшись взглядом по вазочкам.

— Слопал пади, вон какой здоровенный. Чуть ли не больше нашего Румянцева, — беззлобно произнес Рафаэль Игоревич, цапнув баранку.

— Прохор, где конфеты? — строго посмотрел на здоровяка офицер, казавшийся на его фоне сущим карликом.

Тот молча пожал могучими плечами, распространяя вокруг себя запах пота, чеснока и совсем немного мускуса.

— Ты язык проглотил? Отвечай немедленно! — настаивал майор.

— Конфеты в дар богам Хаоса принес? — оскалился я, не мигая, уставившись на здоровяка.

Он дернул рябой щекой. А я в мгновение ока выхватил пневматический пистолет из кобуры Шилова и выстрелил в бородатое лицо солдата. Раздался щелчок и из дула с убийственной скоростью вылетел шарик. Он вошел в глаз Прохора, заставив его покачнуться и с рычанием дернуть вихрастой головой, обзаведшейся окровавленным черным провалом.

— Громов! Вы чего⁈ — выпалил Сухов, вскочив из-за стола.

— Обратите внимание, что ваш Прохор забыл умереть, — спокойно сказал я, взяв из вазочки печенье.

— За Сварга! — выдал громоподобный рев солдат."

"Его грудь раздалась в стороны, мышцы на руках вздулись, а спина с мерзким хрустом согнулась. Ногти же превратились в острые когти, а одежда лопнула, натянувшись на Прохоре. Он превратился в подобие прямоходящего оборотня с вытянутой желтозубой пастью.