Локки 9. Потомок бога

Ещё несколько минут, может быть, четверть часа, — и наши дела наладятся.

— Хорошо бы, — буркнул Серый, смахнул заливающую глаза кровь и вдруг воскликнул, ткнув пальцем в сторону бушующего справа моря. — Смотрите, островок!

Мы синхронно повернули головы и действительно увидели среди озверевших волн нечто. Конечно, островком это образование назвать было трудно — скорее просто здоровенная отполированная волнами скала, не больше кормы нашего судна.

— Держимся левее! — закричал капитан. — Если налетим — кораблю точно придёт конец!

— Боги будто испытывают нас, — подал голос третий смертный и зашлёпал губами, явно принявшись кому-то молиться.

Хрен знает, кому он молился, но этот кто-то явно сделал только хуже. Ведь островок, словно живой, быстро двинулся в сторону корабля.

— Он приближается! — в панике закричал Серый, вытаращив глаза.

— Это какое-то чудовище! — в ужасе вторил ему третий смертный, оборвав молитву.

— Да вашу мать… — пробормотал я себе под нос и бросился к правому фальшборту, за которым и двигалась непонятная тварь.

Качка едва не опрокинула меня на палубу, но я всё же удержался на ногах и добрался до цели, ухватившись пальцами за мокрый фальшборт.

«Островок» уже был неподалёку. И он начал расти, словно поднимался из воды. И чем больше он становился, тем сильнее натягивались мои пожёванные нервы. Будто бы даже вдоль хребта пробежал могильный холодок, а в груди наоборот стало жарко от осознания того, с какой громадной тварью мне придётся иметь дело.

А та наконец показала свою башку.

— Змий!.. — выдохнул Серый, уронив челюсть на палубу.

И это действительно был змей. Конечно, не Йормунганд, но охренеть какой большой!

Его башка была размером в половину нашего судна! Не совсем змеиная, но похожая, смотрящая на мир парой гигантских глаз, затянутых голубой плёнкой, за которой скрывались обещания смерти и мук.

А распахнувшаяся пасть могла разом заглотить несколько десятков человек. В ней, правда, не оказалось зубов, зато имелись искривлённые костяные пластины. И моё богатое воображение тут же представило, как эти пластины с ужасающим хрустом перекусывают корабль, а мы все летим за борт, где нас злорадно швыряют волны, чтобы в итоге утопить.

— Матушка моя драконица! — раздался за моей спиной потрясённый голос Апофиса, выбравшегося из люка, ведущего на нижние палубы. — Это ещё что за хреновина, сука, такая лупоглазая,?

— Апофис, прекрати ругаться, — строго бросил я, хотя, признаться, описание вышло весьма точное.

— И что мы с ним будем делать? — спросил дракончик, жалобно косясь на меня. На фоне этого чудовища он смотрелся крохотной чешуйчатой букашкой.

— У меня есть план. Ты сможешь поднять меня в воздух?

— Постараюсь, — произнёс он с явным сомнением.