Лорд-обольститель

Благодарю за беспокойство.

Она умчалась, чтобы хихикать с сестрой, обсуждая сеанс и странную художницу. В этом не было никаких сомнений.

Я спустилась в свою комнату и долго сидела у окна, глядя на суету парижской улицы."

"Итак, на следующей неделе… он будет женат… Мне-то что до этого? Я вычеркнула его из своей жизни. Бедная маленькая принцесса! Хотела бы я знать, о чем сейчас думает Мари-Клод…

* * *Работа над миниатюрой продвигалась успешно. Это было нетрудно. Один мазок кисти, и готова линия подбородка. У нее было лицо в форме сердечка, что очень его украшало.

Я собиралась сделать на этом акцент. Меня беспокоил цвет кожи, но когда она радовалась, ее щеки слегка розовели. Это нужно запечатлеть. Кроме того, в такие моменты она полностью преображалась, даже глаза становились как будто больше.

Да, под моей кистью постепенно рождался весьма привлекательный портрет мадемуазель Эмили. Скоро я его закончу и приступлю к юной Софи.

Это в принципе легкие деньги, размышляла я. Барон за меня установил цены. Он как-то сказал во время одного из наших ужинов наедине: «Люди будут ценить тебя настолько, насколько ты сама себя ценишь.

Если будешь брать с них мало, они сочтут тебя второсортным художником. А если установить высокую цену, они поверят, что ты этого стоишь… даже если это не так. Людям нравится верить в то, что они получают качество, пропорциональное заплаченным деньгам».

Благодаря ему я могла стать богатым и модным художником, получающим множество выгодных заказов.

Я работала быстро, не видя необходимости в остановках, одновременно изучая характер младшей сестры. Было ясно, мне и здесь не придется копать слишком глубоко.

Тем лучше. В каком-то смысле это облегчало мою задачу, хотя и делало ее менее интересной. Не то что работа с бароном. Там я каждый день открывала что-то новое…

Мне не удавалось изгнать его из своих мыслей. Я объясняла это его грядущей свадьбой.

В этот торжественный день сеанс позирования был отменен.

Занялся рассвет, предвещая ясный, солнечный и жаркий день. Я представила себе, как бедная маленькая принцесса просыпается в этот последний день своей свободы, как ее охватывает леденящий ужас. Неужели она поладит с этим чудовищем, с этим воплощением безнравственности? Я содрогнулась, представив себе их союз.

Скорее всего, он отвезет ее в свой замок. Перед моим мысленным взором возникла картина — скованная ужасом малышка Мари-Клод, ожидающая барона в супружеской опочивальне. Ведь она его панически боится, уж это я знала наверняка. И вне всяких сомнений, у нее на то были все основания…

В доме тихо. Семья уехала на свадьбу. Слуги тоже наверняка отправились поглазеть на кортеж, поскольку это событие считалось весьма значительным.