Лорд-обольститель

От страха я едва не потеряла сознание.

— Он пришел сразу после вашего ухода и сказал, что мальчику не место в Париже. Нужно спасти его, увезти в безопасное место. Я пыталась… но он просто забрал его.

— А Кендал…

— Заявил, что никуда не поедет без мамы… но он поднял его… и унес.

Я закрыла лицо руками."

"— Этого не может быть, — прошептала я. — Он забрал его в Сентевилль. Я должна ехать за ним. О, Жанна… Николь умерла.

Она растерянно уставилась на меня.

— Да… У меня на глазах, — с трудом выговорила я. — А… в это время он пришел и забрал моего сына. Жанна, я должна ехать за ним.

Туда, в замок… Поехали со мной. Здесь нельзя оставаться. Если бы ты видела Николь…

— Но как мы туда доберемся?

— Не знаю, но нужно немедленно отправляться в путь. Нельзя терять ни минуты. За ним, за ним!

Я вбежала в свою комнату, собрала все деньги, которые были в доме, надела пелерину. Чтобы справиться с этой ужасающей ситуацией, нужно было действовать, и действовать незамедлительно.

Внизу меня ожидала Жанна.

— Пойдем же! — воскликнула я.

Вдруг распахнулась входная дверь. На пороге стоял барон, держа за руку Кендала.

Я вскрикнула, подбежала к сыну, упала на колени и обняла его. На лице ребенка читалась растерянность, но было ясно, что он тоже безмерно рад.

— Время, — сказал барон. — Вы одеты. Где Николь? Позовите ее.

Несколько мгновений я смотрела на него, не в состоянии вымолвить ни слова.

— Поспеши! — закричал он. — Через несколько часов город будет в осаде… если он уже не окружен. Зови Николь… скорее!

— Николь умерла, — прошептала я, — я только что от нее.

— Умерла?!

— В больнице. Ее ранило… тем… снарядом. Я оставалась с ней, пока она еще…

Он был потрясен.

Я впервые увидела, что он может страдать.

— Николь… мертва… Ты… ты не ошибаешься?

— Несколько минут назад. Я была с ней, поэтому вы не застали меня…

Я отвернулась.

— Она была хорошая… самая лучшая… — услышала я его шепот.

Затем барон взял себя в руки.

— Пойдем. У нас нет времени. — Он обернулся к Жанне. — Ты тоже. Здесь оставаться нельзя.

Мы вышли на улицу. Вокруг не было ни души. Обстрел заставил всех разбежаться по домам.

— Неподалеку ожидают лошади, — сообщил барон. — Надо как можно скорее убираться отсюда. Вперед! Вперед!

Мы добежали до конца улицы, когда разорвался еще один немецкий снаряд.

Это был самый страшный момент в моей жизни. Снаряд угодил в здание, мимо которого мы в этот момент бежали. Время как будто замедлило свой ход. Я увидела, как здание закачалось, подобно пьяному прохожему, а потом начало оседать… как-то неправдоподобно медленно… Его фасад буквально сползал на тротуар. На моих глазах разворачивалась… катастрофа. Кендал замер и, как завороженный, смотрел на рассыпающееся здание. Я услышала крик барона.